Cайт не рекомендован для просмотра лицам моложе 16-ти лет
Пятница, 20 октября 2017

«Низы не могут жить по-старому»


Осень 1916 год

«Верхи не могут править по-новому, низы не могут жить по-старому» — примерно так в советских учебниках истории описывали революционную ситуацию. Впрочем, для России подобное положение вещей скорее норма, чем исключение. Просто в некоторые периоды данное противоречие обострялось до невозможности. Осенью 1916 года в обществе все больше ощущались апатия и равнодушие к происходящему, а также неверие в победу.

В победу в войне, цели которой были совсем непонятны, ибо на Россию никто не нападал и никто не имел к ней территориальных претензий. Лозунги верности союзническому долгу и необходимости завоевания проливов из Черного моря в Средиземное, понятное дело, не воспринимались как достойное оправдание огромным и бессмысленным жертвам, приносимым «царизмом» на алтарь войны.

Народ ответил на все это традиционно — ростом пацифизма и пьянства, по которому царь Николай II нанес удар столь же нетривиальным сухим законом. По ходу войны наказания за торговлю алкоголем и его распитие неуклонно увеличивались. Осенью 1916 года обвиняемым в нарушении закона предлагалось на выбор – либо заплатить огромный штраф, либо отсидеть срок в тюрьме.

Заведения, уличенные в торговле спиртным, нещадно ликвидировались. Так, газета «Нижегородский листок» сообщала о закрытии ресторана «Хуторка» на Осыпной улице (ныне Пискунова) в связи с тем, что «чины полиции обнаружили там распитие спирта». Содержатель заведения, некто Ф.Ф. Устинов был приговорен к одному месяцу ареста.

Ежедневно в прессе печатались сводки о борьбе с пьянством: «Городским главноначальствующим подвергнуты штрафам и арестам: за изготовление, хранение и продажу хмельных напитков: Е.П. Зимина и Я.С. Воробьева – на 100 руб. – 1 месяц, А.П. Шигина (Сормово) – на 200 руб. – 2 месяца; за пронос по улице денатурированного спирта крестьянина Е.И. Сидякина – на 3 месяца; П.А. Гагарина за продажу виноградного вина без разрешения – на 300 руб. или 2 месяца; за распитие денатурированного спирта и появление на улице в пьяном виде П.И. Зиновьева — на 50 руб. или 2 недели».

Понятное дело, что ограничения на продажу спиртных напитков — как всегда, привели к росту подпольного производства «браги», или попросту самогоноварения. В аналогичной сводке сообщалось: «Городским главноначальствующим подвергнуты штрафам и арестам: за приготовление хмельной браги: Е.А. Матвичева (Городец), П.Ф. Ракова (Сормово), М.А. Серпова (Сормово), Е.И. Жукова (Сормово), В.И. Кузьмина (с. Пурех) — на 100 руб. или 1 месяц каждая — и В.И. Плешаков (Городец) — на 200 руб. или 1 месяц».

«В ОЧЕРЕДИ ЗА САХАРОМ СОБРАЛОСЬ 400 ЧЕЛОВЕК»

Рос дефицит продуктов и товаров первой необходимости, из продажи исчезли мыло и махорка. К примеру, жители Сормова вынуждены были ездить за табаком в Нижний, преодолевая, по выражению газетчиков, «невероятные трудности», где покупали его у спекулянтов по баснословным ценам.

«Цены на жизненные продукты все повышаются», — писал «Нижегородский листок». – Ржаная мука дошла до 4 руб., а овес до 3 руб. 85 коп. за пуд… Растут цены на молоко, яйца, сметану, масло. Небольшая крынка молока стоит теперь уже 20 копеек, скоромное масло 1 руб. 60 коп. Мясом торгуют от 45 до 50 коп. за фунт. И на все претензии покупателей слышится один ответ: «Время военное, все дорожает». Чтобы купить дефицитные продукты, нижегородцам приходилось по много часов, а то и целыми днями стоять в очередях.

Типичный случай имел место 11 октября на площади Острожной (ныне пл. Свободы): «По случаю выдачи из городских лавок сахара опять образовались громадные хвосты. Говорят, вчера у лавки на Острожной площади собралось около 400 человек». При этом составлялись списки, а каждому очереднику присваивался индивидуальный номер. Сахар был особенно дефицитным продуктом, к тому же он использовался при изготовлении самогона, поэтому торговля им была разрешена только в государственных магазинах.

Между тем продавцы, не заинтересованные в максимальной выручке, еще и всячески издевались над народом, устраивая перекуры и двухчасовые обеденные перерывы. В результате покупателям приходилось чуть ли не спать в очередях. Понятно, что и без того нехорошее настроение людей от этого отнюдь не повышалось.

В то же время зарплата на предприятиях не только не повышалась вслед за убегающей инфляцией, но еще и задерживалась. В частности, на это жаловались водители и кондукторы городского трамвая. Последние получали оклад всего 1 руб. 30 коп. в месяц (сравните с вышеуказанными ценами!) плюс пятнадцатипроцентную надбавку по случаю войны. И даже эти нищенские деньги им выплачивали с опозданием. Задержки зарплаты имели место и на военных заводах: Сормовском, «Этна», Курбатовском и других.

ДРОВЯНОЙ КРИЗИС

Мало было неприятностей, так еще и начавшийся паводок сорвал начало отопительного сезона. Сильные дожди привели к тому, что вода в Оке и Волге стала прибывать на 10 вершков (по-нашему — 44 см) в день, затапливая причалы и прибрежные склады. В итоге сложенные у берега штабеля дров, приготовленные для обеспечения населения предстоящей зимой, начали попросту уплывать. «С каждым днем вода прибывает в Нижнем с Волги и Оки, увеличивая размеры дровяного кризиса, — писал все тот же «Листок».

— С первого же дня появления на Волге дров городским исправником И.Ф. Высоковским была организована ловля их. Прибрежным крестьянам Кошелевки, Печер, Подновья и других было предложено извлекать дрова из воды и выкладывать их в сажени на берегу. Ловцов дров обнадежили, что за работу им будет плачено городской управой. Однако денег не получали, работали плохо, много дров украли прибрежные жители».

Кризис достиг таких масштабов, что губернатору Алексею Гирсу пришлось лично выходить на Волгу на баркасе и руководить спасением уплывающего топлива. Впрочем, значительная часть дров все же уплыла, а цены на них резко подскочили. В итоге голодные и уставшие рабочие после трудного дня на работе и в очередях возвращались в свои нетопленные дома и ложились спать. Потом наступал новый день, не обещавший ничего радостного. Именно в таком состоянии депрессии и уныния люди встречали зиму. И всего четыре месяца оставалось до февральской революции…

Виктор МАЛЬЦЕВ «Ленинская смена»


Copyright © "Криминальная хроника"

Один отзыв на ««Низы не могут жить по-старому»»

  1. Юрий пишет:

    На чью мельницу льешь воду,Мальцев? Народ к смуте готовишь? Не выйдет!


Трекбеки



Ваш отзыв

Вставить изображение