Для просмотра страниц сайта на широкоформатном мониторе рекомендуем воспользоваться сочетанием клавиш "ctrl" + "+"
Cайт не рекомендован для просмотра лицам моложе 18-ти лет
Среда, 18 сентября 2019

Дело Уразалина: разговор о кирпичах, допрос судьи и прокуроров


Продолжается допрос свидетелей обвинения

В Нижегородском райсуде продолжается допрос свидетелей по уголовному делу в отношении бывшего начальника тыла ГУ МВД РФ по Нижегородской области Ихтияра Уразалина и предпринимателя Иосифа Дрица, которые обвиняются в посредничестве при передаче в ГСУ взятки деньгами, изъятыми в качестве вещественных доказательств у бизнесмена Максима Осокина.

Взятка в сумме 30 млн рублей была за прекращение в 2014 году уголовного дела в отношении обнальщика Максима Осокина, дело которого находилось в производстве ГСУ ГУ МВД по Нижегородской области.

На заседании суда в пятницу 14 декабря были допрошены свидетели обвинения: Павел Чекунов, дом которого в деревне Ройка (Кстовский район) около 2 лет снимала семья Максима Осокина и Дмитрий Сафонов — водитель Максима Осокина.

Павел Чекунов, как собственник жилья, в 2016 году присутствовал при обыске в доме, который снимала семья Осокиных. Обыск проводили сотрудники СК И УФСБ, которые, по его словам, искали «какие-то мешки и кирпичи», но в связи с давностью произошедших событий, плохо помнит обстоятельства дела.

Да, действительно, нашли какие-то кирпичи, но что это за кирпичи и откуда они там появились он сказать не может, поскольку там не живет. Следователи изъяли несколько кирпичей, лежащих у входа в дом.

Свидетель также не мог вспомнить, видел ли он изъятые из подвала мешки. После его слов государственный обвинитель Ирина Кулишева, ходатайствовала об оглашении показаний свидетеля, данных в 2016 году. Из них следовало, что в подвале при обыске были обнаружены несколько не принадлежащих ему мешков.

Другой свидетель стороны обвинения Дмитрий Сафонов, который около семи лет работал на Максима Осокина, сначала в охранной фирме, а затем его личным водителем, рассказал, что в 2014 году часто, иногда несколько раз в неделю возил Осокина к зданию ГУ МВД. Ему, со слов Осокина, было известно, что того вызывали на допросы. Обычно он высаживал шефа у здания Главка, а сам оставался его ждать в машине.

В один из ней апреля 2014 года он с Осокиным и его адвокатом подъехали к зданию ГУВД. Осокин с адвокатом зашли в здание, а он остался ждать. Затем они ему позвонили, и сказали заехать во двор полицейского управления, что пропуск на него заказан.

Из здания стали выносить инкассационные мешки, около 10 штук. Он помог погрузить их в багажник «Рэнджровера».

Затем они выехали из управления, и Максим Осокин попросил водителя «немного покрутиться по городу», чтобы проверить нет ли за ними хвоста. Убедившись, что за машиной никто не следит, мужчины проехали в деревню Ройка, высадив по дороге адвоката.

Подъехав к дому, Дмитрий Сафонов помог Максиму Осокину занести внутрь мешки с деньгами, где они их открыли.

В мешках, по словам свидетеля, вместе с небольшой частью наличных денег и монет лежали нарезанные в размер купюр пачки бумаги, а также белые силикатные кирпичи.

У Осокина было непонимание происходящего, и он даже нецензурно выругался, — вспоминал свидетель.
Они рассортировали содержимое мешков, а несколько кирпичей он вынес на улицу и сложил стопкой у стены.

Отвечая на вопросы адвокатов, Дмитрий Сафонов сообщил, что мешки, когда они их забирали из полицейского управления, не были опечатаны. Бумажные пломбы с печатями на мешках либо отсутствовали, либо не были закреплены.

Осмотр дома, производившийся спустя 2 года, проходил в его присутствии. Свидетель сообщил, что изъятые в ходе обыска кирпичи и мешки — похожи на те, что они привезли из ГУВД.

Ни об Иосифе Дрице, ни об Ихтияре Уразалине водитель от Максима Осокина ничего не слышал. Арестованный тыловик спросил у свидетеля, почему они не обратились в органы с заявлением о хищении денег, но водитель ответил, что это была «не его проблема», и начальник сам решал, как ему поступать.

Во вторник 18 декабря, суд допросил других свидетелей обвинения: судью Кстовского городского суда Максима Матвиенко, работавшего в 2012-14 годах заместителем прокурора Нижегородского района, курирующим надзор за следствием, и работников облпрокуратуры: Владимира Миронова, работавшего прокурором 3 отдела по надзору за ОРД и начальника отдела Романа Тараканова.

Максим Матвиенко, отвечая на вопрос государственного обвинителя Кулишевой, «были ли сомнения в особенность предъявленного Осокину обвинения по ст. 172 УК РФ (незаконная банковская деятельность), он ответил, что нет. Но после предъявления обвинения, надзор за делом осуществляли сотрудники аппарата прокуратуры Нижегородской области, которые забрали дело на контроль в аппарат.

Владимир Миронов рассказал суду, что областная прокуратура взяла на себя надзор за его расследованием после обращения начальника ГУ МВД Ивана Шаева, написавшего «про особую важность и сложность» дела по незаконной банковской деятельности.

Ознакомившись с делом, у Миронова возникли сомнения в обоснованности квалификации деяний фигурантов дела. Предъявленное обвинение не подтверждалось материалами дела, о чем он и доложил руководству. Полицейские следователи не провели ряд следственных действий, не установили движение денежных средств по счетам, а обвинение в «организованной группе» строилось на показаниях лишь одного обвиняемого.

Было решено, что с такими нарушениями дело в отношении группы Максима Осокина не может быть направлено в суд. С этой целью было организовано отдельное совещание у первого зампрокурора Евгения Денисова, на котором присутствовало руководству ГСУ: Альберт Витушкин, начальники отделов Черепанова, Карусевич и следователь Шаров.

Им было предложено дорасследовать дело, устранить выявленные нарушения, после чего и направлять дело в суд. По словам Владимира Миронова, только один из руководителей СЧ ГСУ, Альберт Витушкин, посетовал, что по этому делу следователи «уперлись в стену и больше ничего сделать не могут».

Судья Ирина Маньковская спросила свидетеля, почему, если не было доказательств, они не прекратили дело по реабилитирующим обстоятельствам?

Он ответил, что доказательства имелись, но из-за неполноты проведенного расследования, уголовное дело с имевшейся в материалах дела доказательной базой не могло быть отправлено в суд. Следователи выдавали желаемое за действительное.

Тогда судья попросила свидетеля уточнить, были ли выполнимы требования прокуратуры устранить выявленные нарушения в ходе следствия или они просили полицейских следователей «достать звезду с неба»?

Владимир Миронов сообщил, что при проведение дополнительных следственных действий и закрепления доказательной базы, уголовное дело по ст. 172 УК РФ (незаконная банковская деятельность) можно было бы направлять в суд.

На том совещании, по словам свидетеля, было принято принципиальное решение отправить дело на доследование.

Однако спустя «примерно месяц» в следственной части ГСУ переквалифицировали обвинение Максиму Осокину со ст. 172 УК РФ (незаконная банковская деятельность) на более мягкую ст. 171 УК РФ (незаконное предпринимательство) и прекратили дело по амнистии.

С прекращением дела надзирающий прокурор согласился, сообщив суду, что это решение «было законным и обоснованным».

Адвокат Иосифа Дрица Андрей Гузев спросил у свидетеля, почему он или прокуратура не стали настаивать на дальнейшем расследовании дела по ст. 172 УК?

— Вы давали указания устранить нарушения, исправить недочеты следствия, указывали каким образом и что необходимо сделать, — спрашивал адвокат, — почему в дальнейшем согласились с переквалификацией статьи?

Свидетель Миронов, не дал четкого ответа на этот вопрос, рассказав что-то про чтение судебной практики, на основании которой, якобы прокуратура и согласилась с переквалификацией статьи.

Свидетель Роман Тараканов, в своих показаниях в суде, в принципе, подтвердил слова Владимира Миронова, что процессуальные нарушения по делу были устранимы, сообщив дополнительно, что на данном совещании с сотрудниками ГСУ речь о переквалификации дела на более мягкую статью УК не шла. «Решение уже было принято, — сказал он.

Обвиняемый Ихтияр Уралазин, имя которого опять никак не упоминалось в свидетельских показаниях, спросил, участвовала ли в этих совещаниях «служба тыла» и не давалось ли тыловикам каких-либо прокурорских указаний относительно «дела Осокина». Прокуроры ответили отрицательно.

Следующее заседание суда по делу Ихтияра Уразалина состоится уже в январе 2019 года.

***

Примечательно, что позже прокуратура Нижегородской области отменит свое решение о переквалификации дела со ст. 172 УК РФ на более мягкую ст. 171 УК РФ, и дело в отношении «Осокина и компании» поступит в суд.

С мая 2017 года группу из 13 человек судят в том же Нижегородском райсуде по обвинениям в незаконной банковской деятельности и организации преступного сообщества.

***

Все новости по «делу Ихтияра Уразалина» на сайте «Криминальная хроника». Прямая ссылка находится на странице сайта «Особое дело».


Copyright © "Криминальная хроника"
***

Ваш отзыв

Вставить изображение