Cайт не рекомендован для просмотра лицам моложе 16-ти лет
Среда, 19 сентября 2018

Призрачный миг или промышлял ли друг Путина распилкой новейших самолетов?


Дело Андрея Силякова. Часть вторая

Относительно резонансного дела о хищениях мазута и самолетов МиГ-31 из приволжского управления Росрезерва написано уже немало статей (напр. — http://kriminalnn.ru/2017/02/28/nesoglasnye-delo-andreya-silyakova-34564/), но по большей части все они касались первого эпизода – выпуска 35 800 тн мазута с ООО Автозаводская ТЭЦ.

Причина проста – при расследовании этой части уголовного дела было допущено такое количество нарушений, что от ответственности по ст.ст. УК РФ 303, 307 (а возможно и др.) следователя и эксперта защищает, пока что, беспрецендентная поддержка коллег, которая сводится к незаконным ссылкам (отпискам) на приюдициальность приговора и некоторые особенности правоприменительной практики, которые позволяют виртуозно правоохранительным органам и судам трактовать УК и УПК РФ по собственному усмотрению.

Забыли у нас некоторые, что такое честь и совесть, а может быть просто и не знали.

Некоторые анонимные авторы, которые судя по оставленным комментариям, знают о перипетиях дела много больше, чем написано в статьях, интересуются эпизодом с самолетами МиГ-31. Давайте удовлетворим их любопытство.

Самый громкий эпизод дела касался новейших сверхзвуковых истребителей — перехватчиков МиГ-31. На всю страну по федеральным каналам было показано в красивых картинках и схемах, как продавались самолёты по цене бутылки водки за штуку. Итак, с чего все начиналось?

А собственно с самолетов и начиналось. Именно как с современных новейших боевых всепогодных перехватчиков МиГ-31 четвертого поколения, которые по версии предварительного следствия похитил Силяков А.В., о чем и раструбили на всю страну, не дожидаясь судебного решения по делу.

Потом самолеты с чей-то легкой руки трансформировались в планеры самолетов МИГ-31. Далее выяснилось, что «самолеты» как находились, так и находятся на заводе «Сокол» и никуда не выбывали.

Ну а по окончании процесса и вступлении приговора в законную силу, эти «новейшие самолеты» 1993 года закладки, вроде как распиленные на запчасти другом Путина, без шума и пафоса были поставлены на баланс Росрезерва по стоимости около четырех миллионов рублей, несмотря на установленную следствием «реальную» стоимость свыше одного миллиарда, как набор составных частей.

А потом безвозмездно, без организации выпуска материальных ценностей, переданы Росрезервом в Министерство обороны в 2016 году, несмотря на то, что они являются вещественными доказательствами по уголовному делу (которое не прошло все стадии обжалования) и по приговору суда должны храниться на заводе «Сокол».

Кроме того, после ознакомления с материалами, автором этих строк было установлено, что отсутствуют и другие вещественные доказательства по уголовному делу, которые по приговору суда должны были храниться в СК. Но давайте по порядку.

18.07.2006. Правительство РФ издает распоряжение о выпуске материальных ценностей мобилизационного резерва завода ОАО «НАЗ» Сокол». В перечне имущества, подлежащего разбронированию, фигурируют некие узлы и агрегаты, которые перед реализацией необходимо идентифицировать, и Правительством РФ делаются несколько запросов на завод о возможности их применения по прямому назначению, а также о возможных потребителях указанных изделий.

На заводе 07.12.2006г. собирается постоянная техническая комиссия в составе 10 человек (заместители генерального директора по безопасности, по материально-техническому снабжению, по качеству и сертификации, главный конструктор и его первый зам., главный инженер, главный технолог, директор по экономики и финансам, начальник моботдела) для анализа качественного и количественного состояния материальных ценностей (МЦ).

По результатам проверки комиссия делает заключение о необходимости уценки данных материальных ценностей, так как имущество мобрезерва хранилось на заводе более десяти лет, длительное время операции с ним не проводились, и оно не освежалось, сроки его хранения неоднократно продлевались актами ПТК.

На основании выводов комиссии завод официально докладывает Правительству РФ в лице Роспрома и Росрезерва, что «узлы и агрегаты не могут быть использованы в производстве по прямому назначению в связи с тем, что сроки их хранения и эксплуатации истекли». Ни слова о вооружении и военной технике или дорогостоящем оборудовании, читай самолетах.

На основании полученных ответов на запросы центральным аппаратом Росрезерва (г. Москва) в 2007 году проводятся предусмотренные законодательством процедуры оценки имущества, организация и проведение торгов, и последующий выпуск МЦ на открытый рынок.

Образуется комиссия, члены которой несут персональную ответственность за организацию выпуска. Победившая в конкурсе коммерческая фирма «Метторгснаб» выкупает и распродает все материальные ценности. Деньги поступают в бюджет РФ и на два года все забывают эту, в общем-то, рядовую сделку.

10.12.2008 года от сердечного приступа умирает руководитель Росрезерва генерал-полковник ФСБ Григорьев А.А., один из ближайших друзей и соратников Путина В.В.

09.04.2009 года по результатам расследования, проведенного сотрудниками ФСБ, Московский районный суд выносит обвинительный приговор по ст.159. ч.4 сотрудникам завода Сокол за мошеннические действия с б/у запчастями, которые они скупали подешевле, подделывали техпаспорта и ставили их на военные самолеты как новые.(https://www.kommersant.ru/doc/1385275 ) Сотрудники были приговорены к условным срокам от 5 до 7 лет ( http://genproc.gov.ru/wap/news/news-61602/ ).

Такие аферы нанесли государству очень серьезный имиджевый и финансовый ущерб, выставив нашу страну в неприглядном свете на международных рынках и заставили понести Министерство обороны РФ непредвиденные расходы на выкуп и ремонт бракованных истребителей у Алжира.

А чего стоила одна только авария под Читой МиГ-29 из-за некачественного ремонта, когда пришлось останавливать полеты и проверять более ста самолетов МиГ-29. Кто-нибудь подсчитал совокупный ущерб от действий этих бизнесменов, которых даже не уволили после приговора?

Спустя четыре месяца один из осуждённых сотрудников будет проходить основным свидетелем по уголовному делу, на показаниях которого держится все обвинение Андрею.

Тогда же на заводе при проведении расследования и были «обнаружены» четыре самолета МиГ-31 без документов, которые, согласно объяснениям сотрудников завода, являлись имуществом Росрезерва, выпущенным по конкурсу 2007 года.

А выпущенные два года назад узлы и агрегаты на авиационном заводе могли превратить за это время в полноценные всепогодные истребители перехватчики. Никто ведь кроме заводчан и их кураторов не видел, что из себя представляли узлы и агрегаты в 2007 году на момент выпуска, в т.ч. Силяков, следователь и эксперты.

04.08.2009 года следователем по ОВД СУ СК при прокуратуре возбуждается уголовное дело по ст.159 ч.4 в отношении неустановленных лиц в связи с незаконной продажей самолетов МиГ-31. Изначально доследственную проверку проводили оперативники СЭБ УФСБ, они же планировали возбуждение уголовного дела силами следственного отдела УФСБ по Нижегородской области, как и вышеупомянутое уголовное дело.

Однако руководитель следственного отдела (который был в 2008 году признан лучшим в системе ФСБ России, что говорит о высокой квалификации его сотрудников), ознакомившись с материалами доследственной проверки, отказался возбуждать уголовное дело.

Тогда принимается решение передать его в СУ СК при прокуратуре. Об этом рассказали бывшие сослуживцы Андрея Силякова из ФСБ, рассказываю с их слов, имея на руках доказательства фальсификации уголовного дела, и не сомневаюсь в их правдивости.

В рамках доследственной проверки на запрос СЭБ УФСБ о сфере применения узлов и агрегатов выпущенных Росрезервом ОАО НАЗ Сокол официальным письмом отвечает, что это имущество относится к категории вооружения и военной техники, является огнестрельным оружием, относится к авиационному артиллерийскому вооружению.

Запрос УФСБ по форме и содержанию был идентичен запросу Правительства РФ в части обозначения узлов и агрегатов, только ответы на эти запросы кардинально отличаются.

А уже год спустя в арбитражных судах представители завода опять заявляют о том, что эти изделия «являются составными частями образца ВТ, не являются военной техникой (авиационной техникой военного назначения), не предназначены для самостоятельного применения, их нельзя использовать в производстве в связи с истечением срока хранения и прекращением выпуска сопоставщиками комплектующих изделий для самолета Миг-31» и подтвердили это справкой начальника КОС (конструкторского отдела стандартизации ОАО «НАЗ «Сокол») основанной на военных ГОСТах.

После таких метаний заводчан мы обратились в УФСБ по Нижегородской области и получили ответ в виде постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 222 УК РФ, в котором разъяснялось, что данное имущество является составными частями образца ВТ (не является авиационной техникой военной назначения), а также не является огнестрельным оружием на основании заключения военного представительства № 256 Министерства обороны РФ, комиссии ОАО «НАЗ «Сокол» в составе технического директора, главного конструктора, начальника отдела 20, а также ГОСТ РВ 51540-2005 «Военная техника. Термины и определения».

Постановление об отказе по 222 подписано тем же сотрудником ФСБ, который и участвовал в расследовании уголовного дела в отношении Силякова, которое возбуждалось только на том основании, что в Росрезере оказалась и была незаконно продана военная техника и вооружение.

Через два дня после возбуждения уголовного дела 07.08.2009 года на сайте Руспресс (http://www.rospres.com/specserv/4879/), а затем на многих других интернет ресурсах и печатных изданиях появляется статья «Друг Путина промышлял распилкой новейших самолетов на запчасти?» и другие аналогичные ей под разными заголовками.

Не обошла новость ни один федеральный канал на ТВ. Вроде бы, при чем здесь Владимир Владимирович, до предвыборных битв компроматов 2012 года еще далеко, расследование не закончено и виновные (да и виновные ли?) пока что еще неустановленные лица и какая их связь с Президентом, но тень на Путина была брошена – скажи мне кто твой друг.

Прокуратура почему-то не стала одергивать допустивших такие высказывания авторов статьи, несмотря на то, что честь и репутация любого гражданина, тем более, если он один из руководителей страны, находится под защитой закона, а роль прокуратуры как раз и заключается в надзоре за соблюдением конституции и законов.

Не было ли это одной из задач раскручивающегося резонансного уголовного дела и по-новому заставляет взглянуть на действия отдельных сотрудников правоохранительных органов, часть из которых, кстати, сейчас являются фигурантами уголовных дел в качестве обвиняемых, а иные без лишнего шума, а кое-кто и по статье, отправлены пока на пенсию.

На всем продолжении следствия информационный шум в сетях только усиливался. Общественное мнение готовили к тому, что сделка изначально криминальная, факт наличия самолетов не подлежит сомнению, осталось только установить ФИО преступников и осудить. Именно так и писали, не судить, а осудить. Такой, кстати, слаженный хор, да еще федерального уровня, не может греметь без режиссера.

Что послужило основанием к возбуждению уголовного дела и для чего оно понадобилось, мы можем только догадываться и скорее всего никогда не узнаем полной правды. Но по имеющимся в распоряжении документам можно с большой степенью достоверности реставрировать хронологию событий.

Как могло оказаться, что у государства в собственности находятся неизвестные никому самолеты МиГ-31, которые являются уникальными изделиями и даже в лихие 90-е были на особом учете не только сами машины, но и важнейшие узлы к ним, такие, например, как двигатели?

Давайте вспомним, что происходило в стране в это непростое время. Страна рушится, цены меняются по нескольку раз в день, промышленность умирает целыми отраслями. Не обошла эта беда и завод Сокол. Заказов не было, перебивались на жизнь ремонтом троллейбусов. Средний курс доллара на 1октября 1993 года составлял 1190 руб. Батон хлеба в Москве стоил 230 руб.

Соответственно, миллион рублей равнялся 4347 буханкам хлеба. Ну а уж водка стоила – 2139 руб. за бутылку. В это же время, говорят, были заложены в Росрезерв сверхзвуковые самолеты МиГ-31Б стоимостью около миллиона рублей за штуку, т.е. примерно 870 долларов за новейший самолет, в то время как ГАЗ 31029 стоил тогда около от 7000 до 9000 долларов.

В 1994 году производство МиГ-31 было свернуто, а завод приватизирован. Согласно показаниям работников завода Сокол, зафиксированных в приговоре, в начале девяностых заказов на производство самолетов не было, завод по собственной инициативе (принимает решение самостоятельно, без согласования с Правительством), изготовил шесть планеров самолетов МиГ-31.

В дальнейшем обращается в Правительство РФ с просьбой заложить четыре планера самолетов в мобилизационный резерв, Правительство выпускает соответствующее распоряжение и выкупает планеры у завода.

Получается, что в Правительстве в лице Главного Управления авиационной промышленности не только владели информацией, но имели подтверждающую документацию о закладке самолетов МиГ-31Б в количестве четырех изделий.

Версия вроде бы замечательная, но напрямую противоречит самому обвинению Силякова.

Скорее всего (если предположить, что самолеты были изготовлены в 90-х) в процессе изготовления этих изделий, была израсходована часть материальных ценностей, находящихся на хранении завода, принадлежащих Росрезерву (т.е. государству).

Расчет, вероятно, был на то, что после реализации самолетов, израсходованные материалы будут закуплены и возвращены на место. Это была достаточно распространенная проблема для многих предприятий, входящих в систему Росрезерва в то время.

Но продаж не было и завод оказался в еще более сложной ситуации. Денег как не было, так и нет, да еще, если верно мое предположение, госимущество фактически украли. Что делать?

Тогда, могла родиться идея, вернуть в Росрезерв потраченные материалы, но только в виде самолетов. Может быть, завод и обращался с данным предложением.

Но по факту в мобилизационный резерв были заложены и впоследствии выпущены «два агрегата электрокоммутационных узлов с субблоками» и «два агрегата с монтажными комплектами и узлами». Что и зафиксировано в переписке и документах учета Росрезерва и Роспрома.

Да и кураторы, регулярно проводившие проверки завода, не могли не знать о всех перипетиях этого дела, тем более при наличии официальной переписки.

Хочу объяснить неискушённому читателю, почему мобилизационные резервы хранятся на предприятиях в виде материалов, а не готовых изделий.

Например, завод Сокол, согласно информации с официального сайта, выпускает самолеты двух модификаций – МиГ-29 и МиГ-31 и во время «Ч» (например война) должен будет из запасов, по текущей необходимости, изготовить тот или иной тип истребителя.

Допустим, сбили враги большую часть МиГов-29, а на заводе лежат готовые самолеты МиГ-31, которые напильником до МиГ-29 не сточишь. Хотя у нас и такие умельцы есть.

В 2000 году в системе Росрезерва произошла полная переоценка всех материальных ценностей до рыночного уровня.

Связано это было с тем, что часть хранящегося имущества была заложена еще в СССР, и возник дисбаланс цен после их роста в начале 90-х. Возникала путаница в учете и появлялась возможность для злоупотреблений.

Поскольку проводившие переоценку специалисты сверяли учетные данные Росрезерва с фактическими в обязательном порядке, то просмотреть самолеты, да еще закупленные Правительством при наличии официально зарегистрированного документооборота они не смогли бы при всем желании, ведь данные сопоставлялись одновременно на заводе, в Росрезерве и Роспроме.

Но даже и в 2000 году самолет (планер) МиГ-31 не мог стоить около одного миллиона рублей (балансовая стоимость в учетной документации), что говорит об их отсутствии среди МЦ Росрезерва на тот период.

Кроме того, непосредственно перед выпуском, на заводе с целью проверки наличия материальных ценностей и условий хранения побывала комиссия Росрезерва. Но и в этот раз не было установлено факта наличия самолетов или планеров среди МЦ Росрезерва.

Ознакомившись с внутризаводскими актами, мы можем увидеть, что, например, на изделие 12-15-05, которое следствие и суд выдает за самолет МиГ-31, в процессе хранения в 1994-95гг, ставятся и снимаются различные узлы и специзделия, а также крылья, кили, стабилизаторы, конус и фонари.

Из акта №2 от 09.02.1995г. следует, что изделие 12-15-05 не является ни планером, ни тем более самолетом МиГ-31. Это что за самолет такой без крыльев и прочей бижутерии. Тогда же происходит замена изделия 12-15-01 на изделие 12-15-05.

Но самое важное, если эти изделия являлись имуществом, заложенным в Росрезерв, то заводчанами нарушались все условия хранения, согласно актам, а именно – без согласования производилась их доработка, перемещение в другие цеха, замена одного изделия на другое.

В результате такого своеволия на хранении могло оказаться совсем не то, что было заложено изначально. А если манипуляции велись по согласованию с Росрезервом, то в его архиве должны находиться подтверждающие документы, например заявки на проведение работ, тех. указания, технологические карты, согласования и прочее.

Соответственно знать о самолетах в Росрезерве были обязаны. Такое не могло пройти бесследно.

Теперь посмотрим, что же вменили в вину Андрею Силякову по данному эпизоду. Из текста приговора: «… После посещения завода Сокол Силякову стало известно о наличии хранящихся на нем планерах самолетов МиГ-31.

Понимая, что об этом никому не известно, он решил воспользоваться данной информацией в своих интересах для получения личной выгоды».

Наивно полагать, но по логике суда, следствия и показанию заводчан так оно и было, что матерые мужики из военно-промышленного комплекса тут же, сразу после знакомства, настолько доверились Силякову, что подставили свои …. сопла, и как возможному организатору, доверили то, что скрывали тринадцать лет от всех в мире, даже от ФСБ. Вербовщики просто плачут от зависти.

«Понимать, что никому неизвестно» как раз могли только заводчане, которые на 100% были уверены в этом, так как владели полной информацией. Ведь о действительных махинациях на заводе мы можем только догадываться.

Может быть, эти самолеты или какие-то другие левые составные части им пришло в голову легализовать, выдав за имущество Росрезерва, а тут как раз подворачивался удобный случай.

Совокупно с тем фактом, что как источником информации, так и выгодоприобретателем явился завод Сокол, можно сделать однозначный вывод, что в заблуждение всех вводили как раз они.

На них же и лежала ответственность, если завод хранил не номенклатурную продукцию и никому об этом не сообщал (скрывал).

Причем до визита Силякова на завод, который состоялся в 2006 году, эти призрачные самолеты лежали там с 1993 года, а проверки мобилизационного отдела проводились ежегодно.

Этим и объясняются возникшие проблемы с посещением завода у лиц, заинтересованных осмотреть имущество до участия в конкурсе по разбронированию.

Устранением данной проблемы Силяков и занимался, посещая завод по заданию руководства. Данные показания Силякова подтверждаются показаниями свидетелей.

При этом Силяков не являлся членом ни одной комиссии, не отвечал за материальные ценности, не подписал ни одного документа, не проводил ни одного осмотра, не занимался оценкой, не участвовал в переписке.

Все приведенные в приговоре доказательства вины Силякова являются предположением и не подтверждены доказательствами, все обвинение держится на показаниях заинтересованных лиц.

Заводчане упорно перекладывали свою вину на Силякова – «мы все знали, но он сказал не афишировать …», «он сказал не показывать самолеты …» и др.

Ничего удивительного, что на авиационном заводе смогли найти самолеты. Но вот факт принадлежности их Росрезерву не установлен документально.

Из показаний представителей Росрезерва в суде следует: «мы были в курсе о том, что именно подлежит разбронированию, так как все МЦ находятся на балансе. Самолеты не были включены в перечень разбронируемых МЦ, так как они не находились в мобилизационном резерве».

Приговор Силякову — это прямое доказательство мошеннических действий руководителей завода Сокол. Но что характерно, никто из них не был привлечен к уголовной ответственности, хотя должны нести ее по закону.

Как в песне – наводил Иван Степаныч, разводил Иван Кузьмич, а сидел Иван Фомич. По всему выходит, что в объективном разбирательстве следствие было не заинтересовано.

При этом Силяков не снимал с себя персональной ответственности по первому эпизоду, так как являлся одним из членов комиссии и начальником отдела нефтепродуктов и отвечал за выпуск мазута (МЦ государства), что и вменили ему в вину. Почему Силяков должен отвечать за действия третьих лиц?

Кто же причастен к незаконному выпуску самолетов МИГ-31? Руководители завода «Сокол» или кто-то еще?

Может сложиться впечатление, что автор этих строк обвиняет вся и все вокруг, но это не так. Я лишь хочу разобраться в этом деле. Установить, в чем обвинили Андрея Силякова. В чем заключалось мошенничество? Был ли выпуск имущества с завода Сокол незаконным? И, в конце концов, что за имущество было выпущено из Росрезерва?

Из сказанного действительно напрашивается вывод, что виновны во всем заводчане, но мы не учитываем всех обстоятельств дела.

На свидетелей следствие могло оказывать давление, так как они сами ходили под статьей, что подтверждается их показаниями, данными как будто под копирку. А также их противоречивыми показаниями в арбитраже и в уголовном процессе в одно и то же время.

В уголовном процессе они заявляют о заложенных в мобилизационный резерв огнестрельном оружие и авиационной военной технике.

В то же самое время в арбитражном процессе утверждают, что имущество не являлось вооружением и военной техникой (авиационной техникой военного назначения), а являлось составными частями ВТ или попросту запчастями, которые нельзя использовать в производстве в связи с истечением срока хранения.

Также они подтвердили показания, данные в арбитраже, при проверке по 222УК РФ сотрудникам ФСБ.

Из всего выходит, что официальный ответ завода Сокол, адресованные Правительству в 2007г., был достоверным.

Поэтому у меня и возникает вопрос, где правда, а где ложь? Если выпущенное имущество не является огнестрельным оружием и авиационной техникой военного назначения, то сделка по выпуску МЦ из Росрезерва проведена в соответствии с действующим законодательством.

Тогда кому потребовалось выдать составные части за сверхзвуковые самолеты и отчитаться о проделанной работе на самый верх?

Ознакомившись с приговором не найдено ни одного прямого доказательств виновности Силякова, также осталось не понятным, что именно было похищено.

Как на момент предварительного следствия, так и на момент рассмотрения уголовного дела в суде точный предмет хищения не был установлен (идентифицирован).

По сути, пришли к тому, с чего все и начиналось, что выпушены некие узлы и агрегаты, но этого никто и не отрицал. То ли самолеты, то ли планеры точно не установлено, по уточнению судьи — лучше планеры самолетов.

Сам судья в приговоре именует спорное имущество то агрегаты и узлы, то планеры самолетов, то самолеты МиГ-31, то МиГ-31Б, то МиГ-31Э.

То приходит к выводу о закладке в мобилизационный резерв ОАО «НАЗ» Сокол» самолетов МиГ-31Б в количестве четырех изделий (в ценах с 1-го октября 1993 г.) (стр. 14 Приговора).

А в итоге выносит решение, что похищены четыре планера самолетов Миг-31. Такое ощущение, что заложенные самолеты были разворованы перед выпуском до планеров.

Следователем дважды были отклонены ходатайства о проведении комплексной судебной экспертизы на предмет идентификации узлов и агрегатов, включенных в перечень материальных ценностей.

Ответ был однозначен — ему достаточно сведений, полученных от завода ОАО «НАЗ» Сокол», но ведь в уголовном деле они были заинтересованной стороной и их показания как минимум не объективны, если не сказать, ложны.

Есть и еще один, очень существенный момент. При изготовлении любой авиационной военной техники, и самолеты не исключение, в обязательном порядке заводится формуляр, который является неотъемлемой частью самолета в процессе его изготовления и эксплуатации.

А согласно Инструкции № МАП-1-35-84 «Длительное хранение материальных ценностей на предприятиях авиационной промышленности», утверждённой приказом Министерства Авиационной промышленности №461 от 27.12.1984г. все материалы, заложенные в мобилизационный резерв, должны иметь паспорта, в которых указываются основные сведения об изделии, основные технические данные, индивидуальные особенности изделия, комплектность, ресурсы, сроки службы и хранения, консервации, на основании которых можно сделать вывод о возможности применения.

Сертификаты, паспорта и другие документы о качественном состоянии материальных ценностей должны храниться в отдельном деле и являются документами строгой отчетности.

Формуляры и паспорта также обязательны в соответствии с Международными стандартами, в первую очередь необходимые для авиационной безопасности.

Но в уголовном деле отсутствуют паспорта и формуляры именно на спорное имущество. Скажу больше, если нет формуляра, нет и самолета.

Ни к заданию на экспертизу, ни к экспертизе не были приложены формуляры, паспорта и другая техническая документация на спорное имущество. Экспертам также не была предоставлена балансовая стоимость, которую оценка превысила в триста раз.

Из заключения № 53/10 ТПП НО: Объектами оценки являются изделия 12-15-02 (заводской № 38401215133); 12-15-03 (заводской № 38401215246); 12-15-04 (заводской № 38401215329); 12-15-05 (заводской № 38401215405), которые представляют собой двухместный сверхзвуковой всепогодный истребитель-перехватчик дальнего действия Миг-31 (по кодификации НАТО Foxhound – «Лисья гончая»), принадлежащие заводу Сокол. Экспертами установлена рыночная стоимость объекта оценки 1 005 966 714 рублей.

На сегодняшний день мной получено заключение специалиста, кандидата технических наук доцента Казанского национального исследовательского технического университета имени Туполева — КАИ, из которого следует, что в представленном заключении экспертизы №53/10:

— отсутствуют источники сведений взятых за основу оценки аналогов;
— используемые аналоги оценки не могут быть применимы к данному случаю, потому как они относятся к транспортным самолетам, а не к истребителям;
— используемые данные о межремонтном ресурсе и фактической наработке при эксплуатации планера, а также о количестве и интервале ремонтов и осмотров как основных показателей степени износа приведены без их документального подтверждения.

Эксперты ТПП НО при проведении экспертного заключения № 53/10, руководствовались исключительно положениями законодательства предъявляемым к отчетам об оценке, таким как ФЗ от 29.07.1998 N 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», Федеральные стандарты оценки № 1, № 2, № 3, тем самым напрямую нарушая требования УПК РФ и Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» 31.05.2001 N 73-ФЗ.

Экспертное заключение № 53/10 является ничем иным, как отчетом об оценке рыночной стоимости, составленным без учета обязательных требований, предъявляемым к судебным экспертизам, в связи, с чем не может являться допустимым доказательством по уголовному делу.

Одним словом судебную экспертизу военных самолетов сделали как обычную оценку авто.

Заключение было составлено оценщиками, не являющимися техническими специалистами, обладающими специальными познаниями в области авиационной техники военного назначения.

Оценщики не имели право в официальном порядке решать вопрос об отнесении той или иной продукции к вооружению и военной технике.

Тем более, делать заключение о техническом состоянии ВТ, работоспособности изделий, а также возможности использования их по назначению.

При ознакомлении с этой «экспертизой» приходит на ум до боли знакомая песня «Ты агрегат Дуся, ты Дуся агрегат. Ты агрегат Дуся на миллиард».

Кстати те же самые «эксперты» оценивали и мазут с такими же нарушениями. Такое ощущение, что эти универсальные специалисты, если поступит указание, произведут кадастровый учет и оценку земельных участков на Марсе с выездом на место.

В самолетостроении принято следующее деление на агрегаты: силовая установка, шасси, оперение, крыло, фюзеляж (причем в МиГ-31 фюзеляж состоит из нескольких частей) и другие.

Также агрегатом является составная часть авиационного газотурбинного двигателя. Поэтому в Росрезерве под наименованием узлы и агрегаты могли лежать любые запчасти, даже напрямую не относящиеся собственно к самолетам.

Но кому то очень понадобилось выдать эти узлы и агрегаты за сверхзвуковые самолеты и прогнать громкое уголовное дело. Настолько громкое, что даже на официальном сайте СУ СК РФ нет даже намека о нем в разделе «Резонансные дела», где присутствуют менее громкие расследования.

Кстати, вот парочка перлов судебного производства. На процессе, «эксперт» на вопрос, как он проводил проверку технического состояния самолетов, простодушно заявил – «На глаз, ведь я служил в армии, хорошо знаком с военной техникой и дослужился до майора». Также в ходе судебного следствия он заявил, что отвечать на вопросы, которых у него нет в списке, составленным следователем, он не будет.

Я уже «молчу» о том, что следователь сопровождал оценщиков на завод. И оценщики собирали информацию на заводе, что напрямую запрещено ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Зачем следствию было так подставляться с сомнительной экспертизой. Абсолютная уверенность в безнаказанности?

Почему нельзя было провести расследование четко и по закону:
— обратится к действительно независимым специалистам, обладающими специальными познаниями в области авиационной техники военного назначения, имеющих лицензию
— идентифицировать спорное имущество на предмет принадлежности его Росрезерву (паспорта и другая документация в архивах Росрезерва)
— установить, являются ли спорные объекты авиационной техникой военного назначения или составными частями (проще запчасти), огнестрельным оружием
— можно ли восстановить узлы и агрегаты или они должны быть утилизированы. При этом важны не сроки, а условия хранения, стоимость восстановительных работ и целесообразность такого восстановления
— предоставить паспорта или другую техническую документацию эксперту вместе с заданием на экспертизу так, как того требует закон.

Или опять Силяков причастен к укрытию необходимых доказательств?

Зачем скрывать от суда (это я про первый эпизод) паспорта качества (36 шт.) разбронированного мазута? Вынимать и уничтожать из дела официальные запросы и ответы и подменять их на другие? Оценивать совершенно другой мазут и выдавать его за имущество Росрезерва. Более подробно: ( http://kriminalnn.ru/2017/02/28/nesoglasnye-delo-andreya-silyakova-34564/ )

Существует еще один юридически значимый факт и участники процесса об этом знали до оглашения приговора. 21.02.2011 года прошел арбитраж, по которому договор по выпуску МЦ из Росрезерва был признан недействительным (ничтожным) с момента его заключения.

Договор не был признан недействительным на основании ст.178 ГК РФ, т.е. заключенным под влиянием заблуждения, что противоречит самому приговору и обвинению. Данное арбитражное решение является преюдициальным, обязательно для применения, напрямую влияет на квалификацию преступления. Одним словом, реальный ущерб отсутствует.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ мошенничество может быть квалифицированно как оконченное преступление только в случае реального причинения значительного имущественного ущерба. Реальный ущерб не был установлен ни на предварительном, ни на судебном следствии.

Согласно акту приема-передачи от 09.11.2011года, заключенному ОАО «НАЗ «Сокол» и УФАГР по ПФО, в перечне передаваемого имущества отсутствуют самолеты Миг-31Б, планеры самолетов Миг-31, огнестрельное оружие и военная техника авиационного назначения.

Росрезерв вернул на баланс узлы и агрегаты в виде набора отдельных запчастей, что ставит под сомнение приговор. Непонятно, по каким документам идентифицировалось имущество Росрезерва при возвращении на баланс?

Между прочим, несмотря на арбитражное решение, завод Сокол упирался до последнего и не хотел возвращать государственное имущество, требовал заплатить. Его понять можно – брал то запчасти, а возвращать приходится ….))). Засада.

Недавно на коллегии прокуратуры Нижегородской области подвели итоги работы за 2017год. В докладе озвучивались данные о том, что им удалось добиться отсутствия случаев отклонения органами предварительного расследования актов прокурорского реагирования, а также поставить более 3,5 тысяч укрытых преступлений на учет.

Хочу обратить внимание на тот факт, что мои заявления от 13.04.2012 КУСП №9460 и от 08.06.2015 КУСП №15492, переданные по подследственности из ОП №5 УМВД России по г. Н. Новгорода, укрыты от учета и не зарегистрированы в КРСоП СУ СК РФ по Нижегородской области.

Так же до сих пор не исполнены два требования первого заместителя прокурора области Евгения Денисова от 13.12.2015 №15/2-369-2013, от 20.01.2016 №15/2-369-2013.

Прошу рассмотреть мое обращение через СМИ как официальное заявление в органы прокуратуры для проведения проверки и устранения нарушения законодательства.

И последнее, что хотелось бы  сказать: мало тех, кому дано осознать разрушительность своих поступков или хотя бы сделать попытку исправить последствия своих действий. Разрушая чужие семьи и жизни, сохраним ли свои?

Заканчиваю строками неизвестного автора:

Однажды предавший — Предаст тебя дважды
Однажды солгавший — Продолжит враньё,
А женщину тот оскорбит, кто однажды
Теряет навечно обличие своё!
Ответа не будет, и так всё понятно
Кто чести не знает, напрасно учить.
Столкнувшись с такими, мне так неприятно,
Что время своё им могла уделить.
Пусть будет уроком (не путайся с грязью)
Когда-нибудь сможешь ты всё позабыть.
И впредь, на таких глядеть буду с боязнью.
Десятой дорогою их обходить.

Татьяна Силякова


Copyright © "Криминальная хроника"

комментария 3 на «Призрачный миг или промышлял ли друг Путина распилкой новейших самолетов?»

  1. Анекдот пишет:

    Купили американцы у русских чертежи МиГ-29. Собрали — получился паровоз. Разобрали-собрали — паровоз. Разобрали-собрали — опять паровоз. Зовут на помощь русского специалиста. Тот говорит, дайте мне три ящика водки и на три дня заприте в ангаре. Через три дня смотрят — стоит истребитель. Американцы недоумевают, получался же паровоз. Русский: «инструкцию к сборке читать лучше надо, написано в конце мелким шрифтом — после сборки доработать напильником».


  2. Дирижер пишет:

    Собрались три полковника — армейский, милицейский и кгбшный на рыбалку. Поставили донки, выпили, залезли в палатку спать. А лягушки вокруг орут так, что стены трясутся. Никак не заснуть. Милицейский вылез, начал орать в матюгальник, мол, разойдитесь и все такое, пофиг лягушка. Достал пистолет, начал стрелять. Без результата. Залез в палатку — не помогает мол. Армейский говорит — ща покажу, как надо. Вылез,достал гранату, хренак ее в речку. Бабах! Тишина. Залезает в палатку довольный. Но через три минуты сначала одна лягушка квак, потом вторая. И через 5 минут концерт с новой силой. Кгбшнк вздохнул, взял камушек, вылез. Через три минуты неожиданно наступает тишина. Кгбшник забирается в палатку, ложится спать. Остальные его спрашивают — брат, как ты этого добился? Тот сквозь сон, мямлит: «Главному...ихнему...дирижеру... по темечку»...


  3. Александр Бухарец пишет:

    Фамилии в студию. Страна должна знать своих гав нюков!


Трекбеки



Ваш отзыв

Вставить изображение