Для просмотра страниц сайта на широкоформатном мониторе рекомендуем воспользоваться сочетанием клавиш "ctrl" + "+"
Cайт не рекомендован для просмотра лицам моложе 18-ти лет
Понедельник, 20 мая 2019

Дело Уразалина: путешествие миллионов по коридорам МВД


В итоге мешки с деньгами просто свалили у стены в канцелярии

Ихтияр Уразалин, дело Уразалина

На минувшем заседании Нижегородского районного суда по делу Ихтияра Уразалина, состоявшемся в пятницу 25 января, был продолжен допрос свидетеля стороны обвинения, заместителя начальника отдела СЧ ГСУ Сергея Арефьева.

Он рассказал, как в сентябре 2012 года происходила операция по штурму дополнительного офиса банка «Богородский» (ул.Яблоневая, 9) и изъятия оттуда денежной наличности. Всего было изъято более 22 миллионов рублей.

После выполнения всех необходимых процессуальных действий в рамках уголовного дела по незаконной банковской деятельности, мешки с наличностью были должным образом опечатаны и помещены в камеру хранения наркотических веществ.

Передача денежных мешков Максиму Осокину происходила 21 апреля 2014 года после 21 часа. Перед этим мешки с наличностью были перемещены в комнату отдыха руководителя СЧ ГСУ Альберта Витушкина.

Отвечая на вопрос государственного обвинителя Ирины Кулишевой: находился ли в это время в кабинете сам Альберт Витушкин, Сергей Арефьев ответить затруднился, но предположил, что был, поскольку тот никогда не оставлял кабинет открытым и ругал сотрудников, если те покидая свои кабинеты, оставляют их незапертыми.

Тем не менее, при переносе мешков и в комнату отдыха начальника, и затем в канцелярию после обеда во второй половине дня, у Сергея Арефьева не возникло сомнений, в том, что кто-то вскрывал мешки или нарушил пломбы.

Отвечая на вопрос гособвинителя: имелась ли в действиях Осокина ст. 172 УК (незаконная банковская деятельность) (видимо, имея в виду правомерно ли была переквалификация дела на ст. 171 УК РФ — незаконное предпринимательство — прим. КХ), следователь ответил, что в то время у них не было практики расследования подобных дел, она появилась позже, после разъяснений Верховного суда.

Тем не менее, он считает, что для «обнальщиков» должна быть своя статья УК. Торговля, например, оружием, не может являться незаконным предпринимательством.

Отвечая на вопросы участников процесса, господин Арефьев с уверенностью заявил, что когда переносили мешки в канцелярию, никаких кирпичей в них не было. Перепутать кирпичи и бумагу невозможно. Ни по весу, ни по плотности.

Свидетель также сообщил, что все процессуальные действия в отношении Осокина: переквалификация статьи по которой его обвиняли на более мягкую, прекращение уголовного дела по амнистии, и выдача ему изъятых денежных средств произошли за один день.

В своей беседе со сторонами обвинения и защиты, а именно так иногда казалось во время допроса этого свидетеля, Сергей Арефьев сообщил, что если бы он расследовал это дело в отношении сотрудников ГСУ, то он бы «задержал всех».

Сергей Арефьев высказал непонимание позиции господина Осокина.

— Если он в тот же день получил мешки с кирпичами и написал расписку о получении денег, то почему лишь через год решил обратиться с заявлением, что вместо денег ему выдали кирпичи? В тот же день бы и обратился. Да и адвокат Осокина, господин Зверев в апелляционном суде заявил, что он сам лично носил эти мешки, и что у них нет никаких претензий, — сказал он.

В ходе судебного заседания был допрошен также свидетель Олег Лукьяненко, работавший водителем у подсудимого Иосифа Дрица. Но, кроме того, что он работал водителем, свидетель практически ничего не вспомнил.

Суд допросил также свидетеля Тимофея Шишкина, бывшего одноклассника и бизнес-партнера Максима Осокина, также знакомого с Иосифом Дрицем.

Он сообщил, что знал о проблемах у Осокина, а также, что тот искал выходы на полицейских чинов, которые могли бы ему помочь за взятку прекратить в отношении себя уголовное преследование. Якобы он кого-то нашел, поскольку этот кто-то занимался, со слов Осокина, решением его проблемы.

Подсудимого Уразалина свидетель Шишкин не знает, а из полицейских назвал только фамилию Воликова, с которым встречался вместе с Осокиным (Владимир Воликов в 2007 году уволился с должности начальника Следственной части ГУВД по Нижегородской области — прим. КХ)

В суде был также допрошен свидетель Максим Гусейнов, бывший оперативник по ОВД 7 отдела ЭБиПК Главка.
Он рассказал о штурме второго офиса «обнальщиков» — подконтрольного Осокину ЧОП «Тигр» и соседнего филиала банка «Богородский», располагавшегося в том же доме. (Обе спецоперации происходили одновременно — прим. КХ), и изъятии оттуда еще одной партии наличных денег, которые они передали следствию.

— Мы долго разрабатывали эту преступную группу, — рассказал в суде Максим Гусейнов, — и нас всех повергло в шок прекращение уголовного дела.

Он также сообщил, что после ареста Осокина в 2015 году, тот стал жаловаться во все инстанции, утверждать, что ему не вернули деньги, Угрожал, грозился снять с работы, обещал создать много проблем.

Последним свидетелем обвинения, допрошенным в этот день была документовод ГУ МВД Ольга Сухотерина, работавшая в 2014 году инспектором канцелярии ГСУ, исполнявшей обязанности начальника канцелярии.

Она познакомила суд с правилами документооборота по приему и оформлению вещдоков, а также сообщила, что утром 21 апреля 2014 года ей позвонила начальница отдела ГСУ Черепанова и сообщила, что у них произошла «накладка».

Им необходимо вернуть вещественные доказательства — несколько мешков с деньгами. Следователь Шаров получит их в хранилище, но может не успеть передать их человеку во второй половине дня, поскольку тот живет за городом и может не успеть. А из-за этого и сам следователь Шаров не успеет вернуть их в хранилище. Дескать, пусть пока мешки полежат в канцелярии.

— Я спросила, почему Шаров у себя их не оставит?, — рассказывала свидетельница. — На что Черепанова сказала, что в помещениях ремонт, небезопасно (в здании ГУ МВД тогда проходил ремонт — прим. КХ).

Черепанова, со слов свидетельницы, также сообщила, что оформлять вещдоки не надо, поскольку они их на учет не ставили. Сотрудница канцелярии согласилась.

После звонка Черепановой инспектор Сухотерина пошла работать: разносить документы, получать почту и т. д., а когда вернулась, около 10:30 мск, ее напарница сказала, что приходил следователь Шаров с кем-то, принесли и оставил несколько мешков, которые положили стопкой у стены возле окна.

Свидетель уверено сообщила, что это это было до обеда, поскольку, когда они с напарницей обедали, то шутили, что «под ногами миллионы лежат».

Мешки Шаров забрал лишь около 9 часов вечера. С ними были какие-то люди. Он обратился к кому-то стоящему в коридоре: спроси его, пересчитывать будут? Этот кто-то, повернулся, спросил. Потом ответил: что нет, что так заберут".

Шаров забрал мешки и они ушли».

На допросе этого свидетеля заседание окончилось.

***

Кстати, когда шло данное судебное слушание пресс-службы региональной прокуратуры и следственного комитета распространили информационное сообщение о направлении в суд уголовного дела в отношении бывшего следователя ГСУ Шарова, обвиненного по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий).

По версии следствия, занимая должность следователя СЧ ГСУ и принимая решение о прекращении уголовного дела о незаконной предпринимательской деятельности вследствие акта об амнистии, 21.04.2014 заведомо незаконно выдал лицу, совершившему указанное преступление, изъятые в ходе расследования уголовного дела и признанные вещественными доказательствам денежные средства в сумме более 22 млн. руб.

При этом, на момент принятия решения о выдаче указанных денежных средств, имелся спор об их принадлежности между виновным в незаконной предпринимательской деятельности лицом и банком, в котором они были изъяты.

В результате противоправных действий следователя наступили тяжкие последствия в виде причинения значительного материального ущерба банку на сумму более 22 млн. руб. Вследствие изъятия из оборота денег нарушено нормальное функционирование кредитной организации, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли.

Вину в совершении инкриминируемого деяния обвиняемый не признал. Из органов внутренних дел он уволен, — говорится в сообщениях ведомств.

Позже банк выиграл судебный спор у МВД и бывшего следователя, взыскав с них эти 22 млн. В свою очередь полиция получила судебное решение о взыскании этих денег с Максима Осокина.

Кстати, на позапрошлом заседании по «делу Уразалина» свидетель, бывший следователь и коллега Шарова Роман Мозолькин в своих показаниях сообщил, что следователь Шаров в разговорах с ним «был озабочен» поступившим от руководства СЧ ГСУ «необоснованным указанием» прекратить уголовное дело по обналу и вернуть 44 млн руб. Максиму Осокину.

По показаниям свидетеля, Шаров также рассказывал ему, что отказался выполнять следующее указание начальства по возврату бывшему подследственному Осокину его договоров займа, хранящихся в деле, а затем уволился из следственной части.

***

Все новости по «делу Ихтияра Уразалина» на сайте «Криминальная хроника». Прямая ссылка находится на странице сайта «Особое дело».


Copyright © "Криминальная хроника"
***

Ваш отзыв

Вставить изображение