Cайт не рекомендован для просмотра лицам моложе 16-ти лет
Воскресенье, 25 июня 2017

Половая распущенность в музыкальном техникуме


О чем писала пресса в 30-е годы

«Горьковская коммуна» писала о громком судебном процессе, проходившем в Чебоксарах. Напомним, в 1929 — 1936 годах Чувашская АССР входила в состав Нижегородского (с 1932 г. — Горьковского) края.

Началось все с того, что в конце апреля двое неизвестных совершили нападение на хлебный ларек, расположенный прямо в центре города. Воспользовавшись отсутствием покупателей, бандиты набросились на продавщицу Николаеву и забили ее до смерти гирями от торговых весов. После чего похитили всю выручку и скрылись. Милицию сразу удивило, что объектом атаки стали не винный магазин или почта, где водились денежки, а именно скромный хлебный ларек, да еще и в самом центре города.

Дерзость и жестокость преступления также поражали. Но еще большее изумление ждало разгневанную общественность, когда налетчики были задержаны! Ими оказались отнюдь не матерые преступники или брутальные пролетарии, а студенты музыкального техникума (ныне Чебоксарское музыкальное училище (техникум) им. Ф.П. Павлова).

Заведение было создано в 1929 году по инициативе основоположников чувашского профессионального музыкального искусства композиторов Степана Максимова и Федора Павлова. «У истоков становления училища стояли приглашенные в республику талантливые музыканты: выпускники Московской и Ленинградской консерваторий скрипач и композитор В.Кривоносов, пианисты И.Люблин, Э. Фейертаг, виолончелист Л. Остен-Сакен, московский дирижер и музыкант-духовик С. Габер и другие. К настоящему времени училищем подготовлено более 3 тысяч профессиональных музыкантов», — говорится в современной официальной истории училища. Однако не только виолончелистами и пианистами славилось учебное заведение!

«Следствие вскрыло в техникуме целый гнойник, – рассказывала статья «Дело бывших студентов чувашского музтехникума». – Там уже больше года существовала группа, имевшая широко разработанный план вооруженных ограблений. Это событие для музыкального техникума не являлось новостью. Преподаватели Груздев, Воробьев, Гарберг (может быть, речь идет как раз об упоминавшемся выше дирижере Габере?! – Авт.) и другие, во главе с директором Листовым, часто приходили в техникум пьяными, приставали с грязными предложениями к студенткам. В техникуме была создана обстановка, располагающая к хулиганству, половой распущенности и преступным действиям».

«БОЛДИНСКИЕ КОВБОИ»

Не отставала в плане распущенности и обстановки, располагающей к хулиганству, и сельская местность Горьковского края. «Большеболдинский райком комсомола и районное отделение милиции до сих пор еще не поняли, что хулиганство является одной из форм классовой борьбы, и не ведут работы по ликвидации хулиганства, – писала «Ленинская смена» 18 июня. – Ярким подтверждением этого является дело хулиганов Кобынина, Агапова и Кирсанова». Как выяснилось из материалов следствия, в клубе колхоза им. Ленина, что в селе Апраксино, шла репетиция концерта. Местные комсомольцы с энтузиазмом разучивали и пламенные речёвки.

В разгар репетиции в здание зашла пьяная троица. Кобынин, Агапов и Кирсанов в колхозе не трудились, общественной работой не занимались и в самодеятельности не участвовали. Им больше нравились идеалы Дикого Запада, а также герои произведений Майн Рида, которые пользовались в СССР большой популярностью. Поэтому троица устраивала похождения по болдинским «прериям», нападала на комсомольцев и устраивала дебоши в местных «салунах», по-нашему пивных. В клубе хулиганы стали приставать к девушкам, паясничать, передразнивать поющих. Возмущенные комсомольцы Гвоздарев и Грызлов попросили их покинуть культурное учреждение.

Тогда дебоширы вытащили Гвоздарева на улицу и избили. А при попытке задержать хулиганов последние, словно американские ковбои, стали отстреливаться из наганов и угрожать кинжалом. Комсомольская организация колхоза, возмущенная этой наглой выходкой, обратилась в районное отделение милиции с требованием сурово наказать «ковбоев». Местный «шериф», точнее – начальник райотдела Страхов, вскоре задержал Кобынина и Ко. Однако дело в уголовном порядке было им прекращено «за маловажностью». Вместо этого Страхов выписал хулиганам по 20 руб. штрафа и отпустил… Вскоре болдинские ковбои подстерегли комсомольца Гвоздарева и вторично набили ему морду. Вот такое, понимаешь, гуманное правосудие было!

А В ВЫКСЕ «ПОСАДИЛИ» МЕРТВОГО

В прессе неоднократно подвергалась критике работы районных судей, которые оставляли на свободе матерых хулиганов и рецидивистов. К примеру, некий Баринов, хорошо известный на всю округу благодаря своим «подвигам», вечером 1 мая явился в досчатинский сельский клуб (Выксунский район), где местная молодежь культурно праздновала День труда. Там он избил нескольких человек, а одного даже порезал ножом. Судья Калинин приговорил хулигана к полутора годам лишения свободы. Однако тот обжаловал приговор в краевом суде.

А чтобы Баринов, оказавшийся членом ВЛКСМ, до рассмотрения апелляции не парился в тюрьме, ячейка колхоза «Красные всходы» принесла судье поручительство. Причем просьбу отпустить преступника подписали даже председатель колхоза и председатель сельсовета. «Не устоял сердобольный судья перед таким документом, – рассказывал материал под названием «Выксунские судьи». – Сжалился над хулиганом, «товарищем» Бариновым, и отпустил его из-под стражи. Ходит теперь Баринов по деревне и выискивает себе новые жертвы. На днях он прилюдно ударил комсомолку Стрижову за то, что она отказалась с ним погулять… »

И всё это происходило в то время, когда уже почти три года действовал «указ семь-восемь» от 7 августа 1932 года «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности». Согласно ему за хищение колхозного и кооперативного имущества, хищение грузов на железнодорожном и водном транспорте был предусмотрен расстрел с конфискацией имущества, который при смягчающих обстоятельствах мог быть заменен на лишение свободы на срок не менее 10 лет, также с конфискацией имущества. «По десятке на душу населения», по выражению Глеба Жеглова. При этом осужденные по этому закону не подлежали амнистии.

Дела на хулиганов лежали в судах годами. Доходило до смешного: к примеру, народный судья Стрижов однажды и вовсе осудил мертвого! А дело было так.
«...Сухопарый судья суетливо перелистывает объемистое дело о хулиганском поступке гражданина села Туртапка Дыркова.
— Ввести подсудимого.
Подсудимый в суд не явился.

Небольшой обмен мнениями, и суд решает судить заочно. Судья Стрижов зачитывает обвинительное заключение, из которого следует, что гражданин Дырков год с лишним назад «учинил озорное хулиганство». Допрос единственных в зале двух свидетелей занимает немного времени. Несколько больше уходит на прокурорскую речь… Убедительная и патетическая речь не оставляет у судей и следов сомнения в социальной опасности преступника, которого нужно немедля изолировать от общества. И суд выносит решение: гражданина Дыркова лишить свободы сроком на два года».

Для приведения приговора в исполнение в Туртапку немедленно выехал милиционер. Однако на вопрос незадачливого стража порядка, где проживает Дырков, местные жители указали на кладбище… Оказалось, что осужденный еще год назад помер естественной смертью от пьянства.

Виктор МАЛЬЦЕВ    «Ленинская смена»


Copyright © "Криминальная хроника"

комментария 3 на «Половая распущенность в музыкальном техникуме»

  1. Аноним пишет:

    а где же про половую распущенность? Я то было собрался секс-историю прочесть)))


  2. Аноним пишет:

    Согласен, статья ни о чем...


  3. ангмар пишет:

    Как я понимаю это как бы подборка криминальных новостей за определенный исторический период. КХ-1930 ))


Трекбеки



Ваш отзыв

Вставить изображение