Для просмотра страниц сайта на широкоформатном мониторе рекомендуем воспользоваться сочетанием клавиш "ctrl" + "+"
Cайт не рекомендован для просмотра лицам моложе 18-ти лет
Пятница, 6 декабря 2019

Обвиняемый в убийстве полковника ФСБ Ефремова Бобриков выступил в прениях


Полный текст выступления

Данный документ попал в редакцию «Криминальной хронике» от родственников подсудимого, бывшего начальника отдела безопасности ИК-11 Алексея Бобрикова.

(сохранены все стилистические особенности и оформление документа)

 

«В 2009 году в отношении Ефремова О.Г. возбуждаются два уголовных дела:

— по финансовой пирамиде «Экскюзив-Инвест-Мент»,

— по наркотикам, украденным из камеры ранения ФСБ,

по наркотикам, украденным из камеры ранения ФСБ,

Коррумпированные чиновники прокуратуры и следственного комитета Нижегородской области хотят узнать у Ефремова О.Г., куда пропали их честно наворованные миллионы, т.к. по их мнению Ефремов О.Г. крышевал финансовую пирамиду «Экскюзив-Инвест-Мент».

Сотрудники УФСБ хотят узнать у Ефремова О.Г., кому он реализовал украденные из камеры хранения УФСБ вещественные доказательства, в том числе оружие.

Находясь в СИЗО- 1 г. Н.Новгорода, Ефремов О.Г. свыкается с обстановкой, не ломается, на контакт не идет.

22 мая 2009 года после продления ему срока содержания под стражей Ефремов О.Г. пишет жене записку (том 2 уголовного дела (УД), лист дела 22) , а именно:

– На суде почти сломался. Был готов дать любые показания в отношении кого угодно, лишь бы выйти, увидеть тебя и побыть с тобой хоть несколько денечков. Но Полудневич сказал, что в любом случае на свободу меня уже не выпустят и в любом случае будут запрашивать 20 лет. И я подумал –да, пошли они все на хер! Погибаю, но не сдаюсь! Поэтому – вариант 1! И не просто, а с шумом; полными показаниями в отношении педика, — речь идет о Храмове, — и всей его чмотушной клики.

26 мая Ефремов даёт показания против начальника Нижегородского УФСБ Храмова О.В. (том 11, лист дела 112-122). 27 мая Ефремов просит не проводить с ним следственные действия до 29 июня 2009 года в связи со стационарным лечением его адвоката Хорста Д.И.(том 11, лист дела 127).

Следователь Полудневич требует от адвоката Хорста подтверждение, что тот будет находиться на стационарном лечении и не сможет навещать Ефремова О.Г. до 29 июня 2009 года, и получает их (том.11, лист дела 128, 129).

Пользуясь благоприятным моментом, т.к. адвокат Хорст Д.И. гарантированно не сможет навещать Ефремова О.Г., следователь Полудневич, используя сотрудников УФСБ, занимающихся оперативным сопровождением Ефремова О.Г., переводит Ефремова О.Г. из привычной ему камеры СИЗО-1 в новую, нервную обстановку в ИК-11, где никаких условий для содержания следственно арестованных никогда не было. Т.к. несмотря на приказ о создании ПФРСИ в ИК-11, ни одного рубля на это выделено не было.

ПФРСИ в ИК-11 в эксплуатацию не вводилось, акта приема государственной комиссией не имелось. Поэтому ни до Ефремова О.Г., ни после него следственно арестованные в ИК-11 не содержались. В так называемое ПФРСИ ИК-11 привозили осужденных, чей приговор, еще не вступил в законную силу, а сами осужденные не писали кассационную жалобу. (показание в суде начальника ИК-11 Дерябина И.Р. от 14.02.2011 года).

Ефремов О.Г. оказался в сырой неотремонтированной камере с ужасными условиями. В своей записке жене Ефремов О.Г. пишет (том 2 лист дела 6, 7,9):

«Здесь хуже, чем в СИЗО – нет ТВ, сотовой связи, дико холодно – сплю в свитере, куртке, под одеялом — замерзаю к утру насквозь».

«Полудневичу наврали (или врет он): в камере СИЗО со мной никого из моих «клиентов» не было. Камера была одна из лучших в СИЗО (с этой уж точно не сравнить). Зато сейчас со мной сидит Игорь Глызин, в отношении которого я как раз и расследовал уголовное дело по сбыту или наркотиков…»

«Мое содержание здесь – незаконно. ПФРСИ – помещение, фунционирующее в режиме следственного изолятора – здесь можно содержать только тех осужденных, которые не писали кассационную жалобу на приговор…»

«Никто в охране не может понять, как я здесь оказался…»

Глызин Игорь – сокамерник Ефремова О.Г. являлся личным секретарем и доверенным лицом руководителя Нижегородского СКП Денисова Л.В. Находился в ПФРСИ с Ефремовым незаконно, т.к. приговор у него вступил в законную силу еще 18 мая, однако несмотря на это Глызин оказался 8.06.2009 года в одной камере с Ефремовым, где занимался получением от Ефремова О.Г. информации о потерянных прокурорских миллионах, в том числе о 50 миллионах, принадлежащих лично Денисову Л.В.

В записке жене Ефремов О.Г. пишет о Глызине (том 11, лист дела 10, 11):

«Камера четырехместная. Я был в ней третьим, сейчас нас осталось двое. Гуляли в одном дворике еще с двумя. Постоянно стараются разговорить меня на тему: «где 60 кг героина?», «где оружие?», «где деньги?» и т.п.

«Двое в ходе таких бесед уже признались, что отрабатывают указания оперов...»

После гибели Ефремова О.Г. Глызин И. рассказывал сотрудникам СКП — Ялину, Котяеву,Прокофьеву, 6-ОРЧ — Кашенину о том, как «продергивал Ефремова О.Г. на наркотики и деньги. Предлагал дать показания о том, что у Ефремова О.Г. «болело сердечко», чтобы списать гибель Ефремова О.Г.

Одновременно с переводом Ефремова О.Г. в ИК-11 сотрудники УФСБ обращаются за проведением ОРМ в отношении Ефремова О.Г. к руководству ОУ ГУФСИН, а затем к заместителю по БиоР ИК-11 Васильеву В.Г. и получают разрешение на это. 8.06.2009 года сотрудник УФСБ Чертков прибывает в ИК-11 еще до прибытия туда Ефремова О.Г. К руководству ИК обращается за ОРМ, к руководству отдела безопасности за контролем свиданий, передач Ефремова О.Г. и выявлением запрещенных предметов у него (сотовой связи и т.д.)

Поручение на ОРМ в отношении Ефремова О.Г. поручается негласному сотруднику Босову В.А., который перекрывал объект ШИЗО, ПКТ, ПФРСИ и был единственным негласным сотрудником ИК-11, имеющим доступ в ПФРСИ, где содержался Ефремов О.Г. (вещественное доказательство –журнал посещения штаба жилой зоны. Он гласит, что 8 июня 2009 года в день приезда Черткова в ИК-11 Босов В.А. был вызван в оперативный отдел ИК-11; Босов В.А. указан в записке Ефремова О.Г. жене, как лицо, угрожавшее ему убийством, если Ефремов не даст признательных показаний (том 2, лист дела 2)).

16 июня 2009 года Босов В.А. крадет из камеры Ефремова О.Г. его документы. В этот же день, через 3 часа после кражи, в ИК-11 прибывает сотрудник УФСБ Чертков.

16 июня 2009 года Ефремов О.Г. пишет жалобу на имя следователя Полудневича, в которой сообщает, что в ИК-11 осужденные угрожают ему убийством, а сам Ефремов содержится в камере вместе с Глызиным Игорем, в отношении которого он вел дело. Аналогичные жалобы направляет военному прокурору Нижегородского гарнизона и прокурору за соблюдением законности в ИУ.

По всем обращениям получает отказы (том 14 лист дела 10- 12,14-17,30-33).

Действия сотрудников прокуратуры по жалобам Ефремова О.Г. на угрозы убийством в ИК-11 и содержании вместе с лицами, в отношении которых он вел дела, доказывают, что основания перевода Ефремова О.Г., указанные официально в постановлении следователя о переводе Ефремова О.Г. в ИК-11 не соответствуют действительности (том 11 лист дела 9,102-104).

Основаниями, официально заявленными следователем Полудневичем Д.С. для перевода в ИК-11 были: безопасность Ефремова О.Г., наличие в СИЗО-1 лиц, которые ранее проходили по делам у Ефремова О.Г., при этом в СИЗО-1 с Ефремовым О.Г. никто из его бывших подопечных не содержался.

Получив от Ефремова О.Г. жалобы, где он сообщает об угрозах ему убийством и о нахождении его в одной камере с Глызиным, который проходил по его уголовным делам, следователь Полудневич, прокуроры Осипов, Жимяев в нарушение ст. 11 ч.3 УПК РФ не предпринимают абсолютно никаких мер для проверки фактов, изложенных в жалобах Ефремова О.Г. и для обеспечения его безопасности, что полностью доказывает надуманность оснований перевод Ефремова О.Г. в ИК-11, якобы для его же безопасности. 19 июня 2009 года на свидании со своей женой Ефремов О.Г. сообщил, что двое сотрудников ФСБ приходили к нему в камеру, требовали всё признать — протоколы допроса с Ефремовой А.С., (том 1 лист дела 245-249; том 2 лист дела 1-5, том дела 2 лист дела 17-19).

20 июня 2009 года инспектор ПФРСИ прапорщик Гальцов,выполняя указание начальника отдела безопасности Бобрикова А.Н.,вытаскивает за шиворот из прогулочного дворика, где гулял Ефремов О.Г., осужденного Босова В.А. с другом. Осужденный Босов В.А. заявляет, что ему необходимо «поговорить» с Ефремовым О.Г. (показания Гальцова от 21.02. 2011 года, в суде).

22 июня 2009 года Ефремов О.Г. сообщает об этом инциденте своей жене в записке ( том 2 лист дела 15): «В субботу днем пытались прорваться ко мне в прогулочный дворик, но охранник не пустил. Слышал, как он говорил: «Дана команда исключить любые контакты. Любые!!!». Ефремов О.Г. ошибочно полагает, что действия инспектора – это результаты его жалоб, однако, как видно из допросов следователя Полудневича, прокурора Чернова, никто из них в колонию информацию об угрозах Ефремову О.Г. со стороны осужденных не сообщал. Чернов Ю.А. собирался заняться этой тематикой в июле 2009 года (уже после гибели Ефремова).

В действительности начальник отдела безопасности Бобриков А.Н. дал команду младшим инспекторам исключить любые контакты Ефремова О.Г. с дневальными ПФРСИ (Босовым, Красовым, Кулыгиным) по просьбе сотрудника Нижегородского УФСБ Дроздовского, с которым у Бобрикова А.Н. были дружественные отношения на протяжении 20 лет (дружат семьями).

12 июня 2009 года на дне рождения общего друга Дроздовский рассказал Бобрикову А.Н., что Ефремова О.Г. увезли в ИК-11 для пресса. По словам Дроздовского Ефремов О.Г. или «Ефрейтор», как называл его Дроздовский, был другом Дроздовского и очень сильно помогал ему по службе и в жизни. Дроздовский попросил Бобрикова А.Н. помочь Ефремову О.Г. в ИК-11. Бобриков А.Н. пообещал сделать всё возможное.

Штатная численность инспекторов дежурной смены не соответствует требованиям приказа № 252 Министерства Юстиции РФ, в связи с чем инспектора отдела безопасности вынуждены заступать на несколько постов одновременно (показания специалиста Кузнецова В.Ю. от 29.11.2010г.; специалиста Мытарева С.А. от 21.02.11).

Система «Примула» дистанционного контроля за камерами ШИЗО, ПКТ, ПФРСИ находится более 5 лет в нерабочем состоянии из-за отсутствия финансирования (том 14 лист дела 48).

Пользуясь вынужденным отсутствием, инспектора ПФРСИ и нерабочим состоянием системы «Примула», Босов В.А. с друзьями регулярно проникает к Ефремову О.Г., угрожая убийством (том 2 лист дела 1-5).

23 июня 2009 года Босов В.А. получает от Ефремова О.Г. два заявления. Одно о продаже двух пистолетов «Т.Т.» своему сотруднику Санкину, второе о его непричастности к торговле наркотиками, которое по мнению Ефремова О.Г., организовал его начальник Обухов. Этот факт подтверждается следующим.

Все жалобы, заявленные в ИК-11 сотрудники берут только на имя начальника ИК (что подтвердили 100% все свидетели как из числа сотрудников ИК, так и осужденных).

Ефремов О.Г. написал заявления на имя начальника оперативного отдела (Аникина А.С.).

В июне 2009 года Босов В.А. состоял на связи именно у начальника оперативного отдела Аникина А.С. и по показаниям Аникина А.С. регулярно брал подобные заявления с лиц, находящихся в ШИЗО ПКТ ПФРСИ, чтобы показать свою работу (показания Аникина А.С. в суде от 13.04.2011 года). Данные показания Аникина А.С. в суде соответствуют показаниям Фролова, Тараканова, Бобрикова, Кручинина).

Учитывая, что Аникин А.С. 5 июня 2009 года находится в отпуске и не знает о существовании Ефремова О.Г., Босов В.А. передает заявление заместителю по безопасности и оперативной работе Васильеву В.Г., которому Босов В.А. подчиняется в отсутствии Аникина А.С. Он отправляет заявления факсом в ОУ ГУФСИН 24 июня 2009 года в 09.36.28 на номер 315033 (том 12 лист дела 219). Факс получает Тараканов С.В., который курирует Васильева О.Г. и относит его своему руководителю Фролову Р.В. В свою очередь Фролов Р.В. передает факс сотруднику УФСБ Черткову (показания Тараканова С.В. от 29.11.2010г.; показания Фролова Р.В. от 20.09.2010г.)

На следующий день, 25 июня 2009 года по указанию начальника собственной безопасности УФСБ Петрова, в ИК-11 выезжают сотрудники УФСБ Чертков, Илюхин для беседы с Ефремовым О.Г.

Как следует из протокола допроса потерпевшей Ефремовой А.С., Ефремову О.Г. было известно, что Санкин – его подчиненный, сдал два пистолета «Т.Т» и Ефремов планировал сказать сотрудникам ФСБ, что хочет дать признательные показания по данному факту (чтобы выиграть время) (том 2 лист дела 1-5).

25 июня 2009 года происходит беседа между Ефремовым О.Г. и сотрудниками УФСБ Чертковым, Илюхиным. Сотрудники УФСБ заявляют, что уже изъятое оружие их не интересует, а интересует то, что Ефремовым уже реализовано и находится в свободном обращении, также другие факты преступной деятельности Ефремова О.Г. В обмен сотрудники УФСБ предлагают помощь по 228 УК РФ.

Во время беседы по указанию руководства ИК в кабинете для безопасности присутствует Бобриков А.Н. Как показал в суде начальник ИК-11 Дерябин И.Р., 14.02.2011г., данная практика в ИК-11 носит обязательный характер и не имеет исключений.

Никаких «посетителей» в ИК-11 не оставляют один на один с осужденными, обвиняемыми, кроме адвокатов, родственников, прибывших на свидание.

Бобриков А.Н. в беседе никакого участия не принимал. Вмешался только 1 раз, когда беседа перешла на повышенные тона. Бобриков пригрозил прекратить встречу, после чего все успокоились (показания Черткова от 09.09.2010г.; показания Черткова от 09.03.2011г.)

Обсудив все вопросы, Чертков, Илюхин покидают Ефремова О.Г., заявив Васильеву В.Г., что зря приезжали.

Через 1-2 часа после беседы Ефремов О.Г. просится на беседу к Бобрикову А.Н., где интересуется, есть ли возможность сообщить сотрудникам УФСБ Илюхину, Черткову о согласии Ефремова О.Г. сотрудничать по 222 УК в обмен на помощь по 228 УК РФ. Бобриков А.Н. обещает помочь и передает информацию Черткову (показания Илюхина, Черткова от 9.09.2010г; показания Черткова от 09.03.2011г., детализация телефонных переговоров Бобрикова А.Н. за 25.06.2009г (том 12 лист дела 187). . При этом, как показал Чертков 09.03.2011г., ни Васильеву В.Г., ни Босову В.А. об этом ничего не сообщалось.

26 июня 2009г. Васильев В.Г. доводит информацию до Босова В.А., что заявления оказались пустыми и что сотрудники УФСБ приезжали уже. Босов В.А. злится на Ефремова О.Г. за обман, при этом Босову В.А. ничего не известно о согласии Ефремова О.Г. сотрудничать с ФСБ.

Босов В.А. завет в помощь своих друзей- осужденных Ильюшина, Торопова, Архипова, чтобы «наехать» на ФСБшника, который подставил Босова В.А. перед Васильевым О.Г.

Босов В.А. выбрал время, конец рабочего дня, кроме этого у сотрудника ИК Большакова Н.И. была в этот день свадьба(показания 100% сотрудников ИК).

Пользуясь отсутствием в ПФРСИ инспектора, Босов проводит к Ефремову О.Г. осужденного Ильюшина, возвращаясь за Тороповым и Архиповым, Босов В.А. узнает, что Бобриков А.Н. не покинул учреждение и находится в своем кабинете отделе безопасности.

Узнав данную информацию, Торопов, Архипов отказываются идти в ПФРСИ, т.к. не хотят ссориться с Бобриковым А.Н. из-за какого-то разговора. Босов В.А. берет 1,5-литровую бутылку воды и идет с Ильюшиным в камеру к Ефремову О.Г.

Между Ефремовым О.Г. с одной стороны, а Босовым В.А. и Ильюшиным А.Ю. с другой стороны, происходит беседа на повышенных тонах, а затем драка, которая развивается в два этапа: сначала в камере №8, а затем в душевой комнате. Свидетелем происшествия становится осужденный Тогушев А.В., чья камера расположена напротив камеры Ефремова О.Г, а окно выходит прямо на вход в локальный участок ШИЗО ПКТ ПФРСИ (что подтверждает следственный эксперимент — том 4, лист дела 97 – «из окна Тогушева А.В. видно всех входящих и входящих из ПФРСИ»).

Драка заканчивается около 16-00, после чего Босов В.А. вымывает следы в камере №8 и душевой комнате, а также в коридоре ПФРСИ. (Показания Тогушева А.В. на предварительном следствии том 4 лист дела 49; том 4 лист дела 59; протокол очной ставки с Босовым том 4 лист дела 1 26; показание в суде 29.08.2010г.; 20.04.2011г.)

При выходе из здания ПФРСИ Босова В.А., у него был разорван ботинок. В 17-00 у Босова В.А. дрожат руки, на кулаках ссадины (схема ссадин Босова В.А. том 4 лист дела 71). Босов В.А. впервые переоделся в робу, т.к. раньше всегда ходил в вольной черной рубашке и вольных черных брюках (100%-е показание свидетелей).

По возвращению с «беседы» с Ефремовым О.Г. у Ильюшина А.Ю. разбита губа, множественные синяки по всему телу. Чтобы легализовать их, Ильюшин идет играть в футбол, где умышленно грубит, постоянно падает.

Из беседы Босова В.А. и Ильюшина А.Ю., вечером 26 июня 2009 года, Торопов, Архипов узнают, что Ефремов О.Г. после оскорблений, нанесенных ему Ильюшиным, схватил дужку от кровати и стал ей душить Ильюшина. Босов В.А. пытался Ефремова О.Г. оттащить, нанося последнему удары по телу. После прекращения драки Босов В.А. и Ефремов О.Г. ушли в душевую комнату, чтобы привести себя в порядок, однако Ильюшин вновь ворвался в душевую комнату и продолжил драку с Ефремовым О.Г.

В своих записках жене Ефремов О.Г. сообщал: «…Постоянно жду, когда нападут. Даже ночью. Хотя бы одного постараюсь с собой утащить. Если убьют, дашь отмашку, чтобы отсылали заявление и то, что у Д». (том 2 лист дела 13).

Таким образом Ефремов О.Г. 26 июня 2009 года был на взводе и собирался забрать с собой хотя бы «одного» из нападавших.

По показаниями Архипова, Торопова Ильюшин пришел из ПФРСИ весь грязный. Вечером отмачивал пальцы в моче, искал по отряду перекись водорода, состриг ногти, психовал, предлагал Босову В.А. взять гибель Ефремова О.Г. на себя, списав все на драку. После отказа Босова В.А. он предлагал всё списать на указание администрации ИК-11 (если их осужденных прижмут). Босов В.А. обещал сделать всё, чтобы труп Ефремова О.Г. обнаружили как можно позднее. Во время ужина в 17-00 он сам впервые вызвался раздавать ужин. Открыв камеру №8 он спросил у Ефремова О.Г., будет ли тот есть или нет, после чего сразу закрыл дверь, заявив, что Ефремов О.Г. от баланды отказался. Т.к. подследственные имеют права на 50 кг своих продуктов питания, это не вызвало у администрации подозрений.

Во время вывода на прогулку Босов В.А. в 18-30 заявил инспектору о том, что якобы во время ужина Ефремов О.Г. сказал Босову В.А. о том, что Ефремов О.Г. от вечерней прогулки отказывается. Учитывая, что вечерняя прогулка в ИК-11 была установлена сверх нормы, то на нее выводили исключительно по желанию. Слова Босова В.А. также не вызвали подозрения (показания Калабухова на предварительном следствии и в суде 18:10; 10 показания БОсова В.А. том 3 лист дела 156; том 3 лист дела 161; объяснение Босова В.А. том 14 лист дела 67). Таким образом Босов В.А. оттягивал время обнаружения трупа Ефремова О.Г.

Вопреки действиям Босова В.А. .труп был обнаружен сотрудниками дежурной смены, после чего немедленно были вызваны все заинтересованные службы, прокуратура, СК, врачи, руководство ИК. Всем прибывшим оказывалось полное содействие.

После гибели Ефремова О.Г. расследование данного уголовного дела возглавил лично Денисов Л.В., чей человек (Глызин Игорь разрабатывал Ефремова О.Г. в ИК-11).

Одновременно, жена Ефремова О.Г. направляет заявление Ефремова О.Г. (том 2 лист дела 25-26) в Генеральную прокуратуру и Президенту РФ, в данном заявлении Ефремов О.Г. указывает на лиц, организовавших его убийство – начальник УФСБ Храмов, начальник ОСБ УФСБ Петров.

В связи с незаконным нахождением Ефремова О.Г. в ИК-11, а также с явным и неприкрытым игнорированием следователем и прокурорами сообщений об угрозах Ефремову О.Г. убийством, следствию необходимо было быстренько организовать бытовую версию гибели Ефремова О.Г.

13 июля 2009 года Денисов Л.В. дает указание задержать пятерых сотрудников ИК-11, которые 26 июня 2009 года официально посещали ПФРСИ. Список сотрудников ИК составлял Бобриков А.Н. и по ошибке в этот список не был включен прапорщик Черкасов. В результате Черкасов не был задержан и впоследствии не был обвинен в применении насилия в отношении Ефремова. Так ошибка Бобрикова А.Н. спасла сотрудника ИК Черкасова от неминуемой судьбы, которую Денисов Л.В. уготовил всем сотрудникам ИК, чтобы представить гибель Ефремова О.Г. как бытовое преступление. После задержания Денисов Л.В. путем угроз пытается заставить сотрудников дежурной смены оклеветать себя или одного из сотрудников дежурной смены. В качестве основной жертвы Денисов Л.В. выбирает прапорщика Калабухова А.И., который не прошел полиграф. В отличие от Калабухова все остальные прошли проверку на полиграфе, которая показала их непричастность к гибели Ефремова О.Г. Четверым сотрудникам ИК было предложено дать ложные показания против Калабухова и идти домой. Т.к. давать следствию ложных показаний никто не пожелал, все пятеро сотрудников 14 июля 2009 года были доставлены в суд для решения вопроса об аресте.

Т.к. не имелось ни единого доказательства, обосновывающего арест, ходатайство следователя суд не удовлетворил, что доказывает противозаконность задержания сотрудников ИК.

Суд предоставил следователю время на поиск хоть каких-либо доказательств до 48 часов. Следователи кинулись упрашивать свидетелей написать заявление в отношении сотрудников ИК.

15 июля 2009 года Тогушев А.В. неожиданно для следователя изобличает в преступлении Босова В.А. и Ильюшина А.Ю. История об агенте Босова В.А., убившим Ефремова О.Г., не входит в планы Денисова Л.В., т.к. от него идет прямая дорога к сотрудникам ФСБ и следователю Полудневичу Д.С. – сыну высокопоставленного чиновника Нижегородской областной прокуратуры — начальника Управления по обеспечению участия государственных обвинителей в судах — Полудневича Сергея, а через него и к самому Денисову Л.В. с его осужденным Игорем Глызиным и финансовой пирамидой.

Поэтому, следователи Котяев, Прокофьев, выполняя указание Денисова Л.В., пугают через дверь в боксе СИЗО – (напротив следственного кабинета) — свидетеля Тогушева А.В., заявив Тогушеву А.В. «Куда ты лезешь против ФСБ? Куда суешь свой язык, и что тебе его отрежут» (том 4 лист дела 69).

Напуганному Тогушеву А.В. следователи Катяев, Прокофьев рассказывают, что в убийстве Ефремова О.Г. виновны сотрудники ИК. Что именно они и их люди угрожали Тогушеву А.В. в боксе, что от Тогушева А.В. просто необходимо заявление в суд, чтобы сотрудников ИК не отпустили из-под стражи. Напуганный Тогушев А.В. соглашается, поверив следователю Котяеву С.Ю., и пишет под диктовку заявление в Борский суд, а также под диктовку пишет фамилии сотрудников ИК, которые ему вообще не известны и ничего не говорят (показания Тогушева А.В. в суде 20 апреля 2011г; опознания сотрудников по фото, через 12 дней после написания Тогушевым А.В.)Всё это подтверждает, что заявление написано под диктовку, т.к. даже через две недели после заявления Тогушев А.В. не знал ни одной фамилии сотрудников ИК (том 4 лист дела 78-90).

Несмотря на испуг, Тогушев А.В. не понимает, что от него хотят следователи, и продолжает обвинять в убийстве Ефремова О.Г. Босова В.А. и Ильюшина А.Ю. 16.07.2009 года, когда Тогушев А.В. на видеокамеру начинает рассказывать, как Ефремов О.Г. поругался с операми ФСБ, следователь Прокофьев прерывает его, сославшись, что ему нужно заменить кассету, а после замены кассеты следователь Котяев С.Ю. уводит Тогушева А.В. от темы ФСБ в другую сторону, задав вопрос, а что видно из вашего окна? (Том 4 лист дела 66). Больше Тогушев А.В. тему ФСБ не затрагивал и к ней не возвращался.

17 июля 2009 года Денисов Л.В. дает указания Мясникову Д.С. в нарушение Конституции РФ и УПК РФ арестовать Бобрикова А.Н. в Борской центральной больнице без решения суда.

Мясников Д.С. выносит постановление о принудительном приводе и поручение 6-ОРЧ на осуществление принудительного привода. Данные документы по халатности Мясникова Д.С. попадают в руки защиты, изобличая Мясникова Д.С. в уголовном преступлении. 19 июля 2009 года в воскресенье в палату №2 в Борской Центральной больнице к Бобрикову А.Н. попадает лично Денисов Л.В., угрожая табельным оружием сотрудника 6 ОРЧ. Денисов Л.В. требует вернуть ему стенограмму беседы Ефремова О.Г. с сотрудниками ФСБ 25 июня 2009 года и «отдать ключника», т.е. дать против Калабухова ложные показания. При этом в оскорбительной форме выражается против руководства страны, Президента РФ, как гаранта Конституции РФ, демонстрируя, что именно Денисов Л.В. является хозяином в Нижегородской области. Денисов Л.В., зная, что Бобриков А.Н. содержится под стражей незаконно, как минимум проявил бездействие, не освободив Бобрикова А.Н. в соответствии со ст. 10 ч. 2 УПК РФ из-под стражи, тем самым совершил уголовное преступление.

20-22 июля 2009 года следствие, чтобы не отпускать сотрудников ИК из-под стражи, вынуждено предъявить им дежурное обвинение, полностью выдуманное следователем Мясниковым Д.С.

Мясников Д.С. вынес в постановлении версию о том, что пятеро сотрудников ИК, вооружились спец. Средствами, одели Ефремову О.Г. наручники и забили его до смерти, якобы желая помочь неизвестному следователю.

В материалах уголовного дела нет и по настоящий момент доказательств, обосновывающих данное обвинение, тем более их не было в июле 2009 года. Таки образом Мясников Д.С. незаконно в нарушение ст. 171 ч.1 УПК РФ привлек к уголовной ответственности по тяжкой статье УК РФ пять человек, совершив по совокупности преступление, наказание за которые предусматривает 10 лет лишения свободы за каждый эпизод. Всего до 50 лет лишения свободы.

С этого момента Мясников Д.С. физически не мог рассматривать любые версии преступления, кроме виновности сотрудников ИК, чтобы самому не оказаться за решёткой. Тем более, что в Москву отрапортовали о раскрытии преступления.

30 июля 2009 года к явному неудовольствию Мясникова Д.С. следственным экспериментом было установлено, что Тогушев А.В. действительно мог видеть из своей камеры Босова В.А. и предметы его одежды (том 4 лист дела 97).

31 июля 2009 года Тогушев А.В. на очной ставке между Босовым В.А. и им подтверждает свои показания о виновности Босова В.А. в гибели Ефремова О.Г. Босов В.А. доходит до отчаяния и берет 51 статью Конституции РФ.

Руководство Нижегородского СКП и прокуратуры, руководствуясь принципом – самый надежный свидетель – это преступник, совершивший тяжкое преступление, договаривается с Босовым В.А. 4 августа 2009 года, а затем и с Ильюшиным А.Ю. 13 августа 2009 года.

В обмен на показания в отношении сотрудников ИК, которых нельзя было уже освобождать, чтобы не понести уголовное наказание за незаконные аресты и не получить из Москвы люлей за обман, Денисов, Мясников обещали Босову, Ильюшину освобождение от уголовной ответственности и условно-досрочное освобождение от своих сроков. Вместо 15 лет за убийство, преступникам из числа осужденных предложили свободу. Конечно же Босов, Ильюшин с радостью соглашаются, только переживают, как бы не обманули. Вернувшись в ИК Босов делится своими переживаниями с осужденным Шульгиновым (о чем он дал показания в суде 16 февраля 2011г.) Босов В.А. делится, что оговорил людей, а гарантии свободы следователь не предоставил. Заполучив безотказных свидетелей из числа убийц Ефремова О.Г., у следствия остались две проблемы.

1)Привязать сотрудников ИК к преступлению.

2)Найти сотрудника, который бы вместо Босова, Ильюшина понес бы ответственность за нанесение Ефремову О.Г.тяжких телесных повреждений.

Учитывая, что все уже арестованные сотрудники прошли экспертизы ногтей, одежды, обуви, медицинского осмотра на предмет наличия телесных повреждений, кожи, крови, частиц одежды с Ефремова О.Г. и все сотрудники по экспертизам были абсолютно чисты, то на роль садиста-палача требовалось новое лицо из числа сотрудников ИК, не подвергавшееся медицинскому осмотру и другим экспертизам. Единственной подходящей кандидатурой оказался Кручинин П.И., т.к. более в ИК-11 26.06.2009 года никого из сотрудников в указанное время не было. После того, как решился вопрос с маньяком — садистом, следствие навалилось на арестованных сотрудников ИК, требуя признать хотя бы халатность.

Сотрудников ИК после 4 августа 2009 года (договора с Босовым) стали вывозить за пределы Н. Новгорода, сажать в клетки на 10 дней, угрожать убийством, добиваясь, чтобы сотрудники ИК признали хотя бы халатность.

За пределы области сотрудников ИК вывозили абсолютно по аналогичным основаниям, как и Ефремова О.Г. Якобы, для них, как и для Ефремова О.Г. в СИЗО-1 г. Н. Новгорода закончились специальные камеры.

Такие же сексоты, как Босов, угрожали сотрудникам ИК «убийством», если они не станут « дружить »со следствием.

Соин О.Н. после таких бесед и безответных обращений к следователю ( всё, как в ситуации у Ефремова О.Г.) попал в псих. блок и был дважды доведён до попытки самоубийства.

Учитывая, что Соин О.Н. был в ПФРСИ, как минимум через 1 час после смерти ЕфремоваО.Г. -в 17-00, следствие вынуждено было продлить рамки избиения ЕфремоваО.Г. с 16-00 до 18-00, в противном случае Соин О.Н. и Бобриков А.Н., находившиеся в ШИЗО ПКТ ПФРСИ в 17-00 не могли своим действием, бездействием повлиять на развитие событий, и между их нахождением в в 17-00 в ШИЗО ПКТ ПФРСИ и гибелью Ефремова О.Г. не могло быть никакой причинно- следственной связи.Прокурорские «свидетели» Босов и Ильюшин продлевают рамки времени до 18-00, не смотря на показания Тогушева А.В., Эдишева о том, что после ужина в 17-00 никакого избиения в ШИЗО, ПКТ, ПФРСИ не было.

Таким образом, следствие привязало Соина О.Н. и Бобрикова А.Н. к преступлению.

По указанию следствия Босов В.А. даёт показания, что дверь в локальный участок ему открыли с вахты( вопреки показаниям Тогушева А.В.)

Таким образом, следствие привязало Иванова к преступлению.

По указанию следствия, Ильюшин А.Ю. даёт показания, что Мангер А.В. пропустил осуждённых в карантин без заявления, якобы, обязательного по приказу в таких случаях.

Таким образом, следствие привязало к преступлению Мангера А.В.

В ходе расследования уголовного дела специалист Кузнецов С.Ю. пояснил следователю Мясникову Д.С. , что сотрудник оперативной группы находится в подчинении у оперативного дежурного. Таким образом, халатность Бобрикову А.Н. повесить было невозможно, т.к. 26.06.09. Бобриков А.Н. сотрудниками ОБ не руководил.

По указанию следствия Бобриков А.Н. превратился в организатора, такие показания даёт Ильюшин А.Ю., т.к. более ничего Бобрикову А.Н. повесить было нечего и невозможно. Учитывая, что пятый арестованный сотрудник ИК-11, Калабухов, сам признал, что отлучался с поста выполнять дополнительные обязанности, вопрос с его халатностью был решён сам собой. Сотрудники ИК, которые отказались от претензий к следствию за незаконные аресты и содержание в СИЗО, путём признания халатности, — были освобождены с деятельным раскаянием. Только, по настоящий момент не могут понять, что же они совершили и что нарушили. Кто из сотрудников ИК не отказался от претензий к следствию и к прокуратуре, получили обвинение в тяжком, а затем и в особо тяжком преступлении.

В суде нет ни единого вещественного доказательства, принадлежавшего сотрудникам ИК или говорящем об их виновности — (ни пылинки, ни волосинки, ни слезинки, ни кровинки)!!!

В суде не было ни одного свидетеля, который бы говорил о виновности сотрудников ИК. Все до единого свидетеля показали о непричастности сотрудников ИК к преступлению.

Босов и Ильюшин на суде взяли 51 статью Конституции и отказались отвечать на вопросы защиты. Но, прокуратуре Нижегородской области доказательства и не нужны.

Главное — это решить вопрос с судом, как это делалось на арестах и продлениях.

Чудесным образом государственным обвинителем на процессе оказалась Вачина В.Б., которая находится в прямом подчинении у Полудневича Сергея Яковлевича- папы следователя Полудневича Дениса, который отправил Ефремова О.Г. по беспределу в колонию.

О каком суде может идти при этом речь?

Вместо судебных заседаний, гособвинитель Вачина В.Б. предпочитает общаться с судьями без лишних глаз в своём прокурорском автомобиле, подвозя председательствующую судью Карабанову Н.Р. домой после судебных заседаний от магазина «Автозапчасти» в городе Бор до улицы С.Есенина, дом №7 в Нижнем Новгороде.

Кроме того, гособвинитель Вачина В.Б.принесла суду готовый образец приговора, который предоставила судьям и адвокатам вне рамок судебных заседаний.

Это образец приговора областного суда по Аржаткину и Биктяеву.

Действия гособвинителя – это прямое давление на суд, ничем не прикрытое.

4.10.2010 года в нарушение 185 приказа Генерального прокурора РФ от 2007 года гособвинителем были предприняты меры, чтобы основной «свидетель» обвинения Босов В.А. отказался давать показания в суде и отвечать на вопросы защиты. После вопроса Босову В.А., в какой части он отказывается давать показания, Босов умоляюще посмотрел на гособвинителя и гособвинитель Яковлев В.В.сказал Босову – «полностью!!!» Босов повторил слово Яковлева В.В. — «полностью».

Потерпевшая Ефремова Алина Сергеевна – жена Ефремова О.Г. сделала заявление суду по этому поводу на протокол судебного заседания от 4.10.2010 года. Заявление поддержали все участники судопроизводства, кроме обвинителей.

Таким образом, гособвинение, несмотря на полный провал версии прокуратуры в суде, т.к. ни один свидетель в суде не подтвердил доводы обвинения, все вещественные доказательства противоречат выдуманной версии следствия, 14 свидетелей подтвердили алиби подсудимых в суде,

Прокуратура ВМЕСТО ОТКАЗА ОТ ОБВИНЕНИЯ СДЕЛАЛА НАПОР НА АДМИНИСТРАТИВНЫЙ РЕСУРС И ЛИЧНЫЕ КОНТАКТЫ С СУДОМ, чтобы, вопреки фактам и доказательствам продавить заведомо неправосудное решение в суде, которым впоследствии будет прикрываться от уголовной ответственности за преступления, совершённые на предварительном следствии в отношении сотрудников ИК.»


Copyright © "Криминальная хроника"
***

комментариев 11 на «Обвиняемый в убийстве полковника ФСБ Ефремова Бобриков выступил в прениях»

  1. Александр Бухарец пишет:

    Папа Полудневч — в областной прокуратуре, сына — в военной прокуратуре, жена Полудневича младшего — в Нижегородской районной прокуратуре. Памятник надо поставить в честь семейной профессии Полудневичей!

    Дима Мясников — следователь, мама Мясникова — в облсуде, папа Мясников — недавно уволенный из ГУВД, сестра или жена Мясникова — зам.прокурора Нижегородского района. Памятник Мясниковым! Педик ФСБес Храмов перешел в Центральный аппарат ФСБ, педик прокурор Демидов перешел в Москву зам.министра юстиции. Памятник педикам- от нижегородцев! На соблюдение законности плюет вся Нижегородская прокуратура, СКП и судьи. Именно их наплевательская деятельность, помноженная на безнаказанность — источник всех бед граждан. Памятник в виде плевательницы, в честь прокуроров и судей!


  2. Лилия П. пишет:

    Вы думаете, что только в Нижнем Новгороде? Такая ситуация по всей стране.


  3. назаровец пишет:

    я ищу родственников бобрикова ан людмилу ефремовну


  4. admin пишет:

    Назаровец, вы хотя бы электронку свою оставили, что ли


  5. назаровец пишет:

    очень жаль ребят которые попали в столь неприятную историю прикривая чьюто задницу а вы господа всесильные не должны так поступать ведь существует много других естественных способов по устранению свидетлей


  6. Valor пишет:

    Ищет родствеников Бобрикова А.Н. Людмилу Ефремовну (Алла Григорьевна Украина)


  7. назаровец пишет:

    моя электронная почта nazarovec@bk.ru


  8. Ванька пишет:

    Вы определитесь, кто у Мясникова в прокуратуре — сестра или жена, а-то как-то непонятно: сами придумали или кто подсказал.


  9. Валентина пишет:

    ЕСЛИ В ФСБ ТАКОЕ ТО ЧТО ЕЩЕ СКАЗАТЬ.ПЕЧАЛЬНО.ЖЕНЕ ЕФРЕМОВА ОЛЕГА САМЫЕ НАИЛУЧШИЕ ПОЖЕЛАНИЯ .ПРЕДСТАВЛЯЮ КАК ЕЙТЯЖЕЛО.


  10. Валентина пишет:

    ЕСЛИ В ФСБ ТАКОЕ ТО ЧТО ЕЩЕ СКАЗАТЬ.ПЕЧАЛЬНО.ЖЕНЕ ЕФРЕМОВА ОЛЕГА САМЫЕ НАИЛУЧШИЕ ПОЖЕЛАНИЯ .ПРЕДСТАВЛЯЮ КАК ЕЙ ТЯЖЕЛО.


  11. Аноним пишет:

    Тараканов тот ещё козлина, вот именно его и надо посадить


Трекбеки



Ваш отзыв

Вставить изображение