Cайт не рекомендован для просмотра лицам моложе 16-ти лет
Воскресенье, 23 июля 2017

Криминальные нравы 1920-х годов


Братоубийство, ревность, милиция перестреляла прохожих

Преступление в духе недавно закончившейся Гражданской войны, когда «брат шел на брата», произошло в Борисово-Покровской волости (ныне Ближнее Борисово). Правда, идеологических разногласий между братьями Кунковыми не имелось, зато был у них общий колодец.

Точнее, располагался он на огороде Н. Кункова, но пользовалась им и живущая неподалеку семья П. Кункова. Пользоваться пользовалась, а вот в чистке колодца участие принять отказалась. Н. Кунков разобиделся на брата и однажды запретил его жене начерпать водицы. Та тотчас нажаловалась мужу-подкаблучнику…

Криминальная хроника так описывала дальнейшие события: «П. Кунков и взрослый его сын, вооружившись ломом, топором и кинжалом, пошли «на войну» с Н. Кунковым. Заметив вооруженное нападение, Н. Кунков хотел скрыться, но это ему не удалось: нападавшие преследовали его по пятам и загнали в тупик, откуда выхода не было.

Разъяренный П. Кунков бросился на брата с кинжалом в руке. Н. Кунков удержал направленную на него руку и вырвал кинжал, но во время борьбы случайно нанес П. Кункову несколько ран в шею и грудь…» Раненого отправили в больницу, где он и помер. Суд счел действия потерпевшего самообороной и оправдал его.

Ревность испокон веков была одним из главных мотивов для убийства. Типичная история была в стиле Достоевского описана в «Нижегородском листке»:

«Что ты ни толкуй, а жену свою промигал!» Так неоднократно говорил простоватому бедняку-крестьянину села Илева Арзамасского уезда А. Осиновскому его односелец И. Стеклянский.

— А ведь, чего доброго, и правда… — размышлял про себя Осиновский.

Щемящее чувство ревности терзало его сердце: низкая, животная злоба к торжествующему сопернику закипала в груди.

— Погоди же, я с тобой разделаюсь! – охваченный этим диким чувством, грозил он мысленно врагу.

Скоро представился удобный момент. В марте прошлого года, вечером, Осиновский зашел к Стеклянскому и застал его дома. Одного.

— Скоро ли ты уедешь на заработки? — спросил Стеклянский.
— А что?
— Чай, ночевать-то твоей жене неповадно будет. Впрочем, я стану к ней ходить, – поддразнивал Стеклянский.
— Станешь??! – не помня себя от гнева, крикнул Осиновский.
— Ха-ха-ха! Конечно, стану, — ответил Стеклянский, не заметив надвигающуюся опасность.
— Так ннна же тебе! – прошипел Осиновский и нанес обухом тут же лежащего топора смертельный удар по голове Стеклянскому…»

Ну а через некоторое время губсуд постановил: приговорить ревнивца к 8 годам лишения свободы, но с учетом чистосердечного признания и несознательности сократить срок до трех лет, засчитав туда предварительное заключение длительностью 9 месяцев.

ХУСЕЙН ПРОТИВ АБДУЛЫ

Именно та же «проклятая ревность» стала причиной еще одного убийства, произошедшего в деревне Мочалово Сергачского уезда. В то время в деревнях замуж чаще всего выходили не по любви, а по наущению, а то и приказанию родителей.

Именно такое «несчастье» случилось в жизни молодой татарки Зелихи, которую послали под венец со взрослым мужем Абдулой Сафиголиным. Однако сердцу, как говорится, не прикажешь. Девушка недолго оставалась верна своему супругу, который был на 20 лет старше.

Однажды Абдула уехал на заработки в Москву. Тогда-то к Зелихе и стал тайком захаживать 22-летний татарин Хусейн Хабидолин, с коим она, как тогда выражались, «сошлась». По одной из версий, молодые люди были знакомы еще до свадьбы, однако пожениться им не дали родители.

Счастье влюбленных продолжалось до тех пор, пока муж не вернулся из столицы. При этом соседи сразу же нашептали Абдуле о прелюбодейственном поведении его молодой жены. Тот быстро принял меры: запер Зелиху дома, а ее любовнику намекнул, чтобы тот, мол, забыл туда дорогу.

Однако тем самым Абдула лишь спровоцировал молодых на преступление. Зелиха и Хусейн все-таки сумели организовать тайное свидание, на котором поплакали и решили, что единственный выход в сложившейся ситуации – убрать с дороги ненавистного мужа…

В головах одурманенных любовью людей созрел простой и незамысловатый план. Зелиха знала, что у Абдулы есть револьвер. Когда супруг в очередной раз отлучился по делам, она похитила его и передала через окно своему любовнику.

Вечером супруги мирно улеглись спать, однако, как и было условлено, входная дверь осталась незапертой.  Интересно, о чем думала в тот момент 19-летняя Зелиха? Неужели надеялась, что незамысловатое преступление не раскроют и она наконец воссоединится с возлюбленным?! Так или иначе, в полночь в комнату вошел Хусейн с револьвером в руке. Девушка тихо встала и вышла из комнаты, после чего прозвучал выстрел…

Любопытно, что в момент преступления Зелиха была беременна, не то от мужа, не то от молодого любовника. На скамье подсудимых девица сидела уже с грудным ребенком. Однако это не облегчило ее участи. Суд приговорил обоих татар-любовников к 8 годам тюрьмы без права амнистии.

УБИЙСТВО В МАЛИНОВКЕ

Гораздо более жестокое преступление имело место в деревне Малиновка Лысковского уезда. На сей раз мотивом убийства стала совсем не ревность. После Первой мировой и Гражданской войн количество мужиков, особенно здоровых, в стране изрядно поубавилось, посему бабы порой считали за счастье иметь хоть какого-нибудь мужа. Пускай старого, пускай деспота и самодура, лишь бы был.

Именно такую участь избрала для себя 36-летняя крестьянка «просто» Мария. Супруг ее по имени Семен нигде не работал, беспробудно пил, да еще и всячески издевался над малолетним пасынком. В частности, заставлял последнего каждый день ходить по деревне и собирать милостыню. Мария долго терпела, но всему, как известно, когда-то приходит конец…

Однажды, когда ребенок принес домой очередную выручку, Семену показалось, что денег слишком мало и не хватит на очередную выпивку. Вследствие чего мужик взбесился и со словами «Ступай, живи, где хочешь!» выгнал мальчика на мороз. А сам вернулся на кухню, сел за стол и начал распевать песни. Тогда Мария взяла из печи чугун с кипятком и вылила его на мужа.

Дальнейшее напоминало худшие сцены из фильмов ужасов. Ошпаренный мужик с дикими, нечеловеческими криками стал носиться по дому, на ходу срывая с себя одежду. Затем ринулся на улицу. Вопли и визги Семена слышала вся Малиновка, поэтому из домов вскоре вывалили толпы народа.

Тем временем женщина, придя в себя, решила облегчить его муки. Иными словами, добить. Мария достала топор, нагнала мечущегося от хаты к хате мужа и прямо на глазах десятков жителей несколькими ударами зарубила его…

В нынешние времена такой «гуманизм» квалифицировали бы как убийство с особой жестокостью. Однако суд тогда был поистине народный, причем в самом прямом смысле этого слова. То есть дела разбирали не профессиональные юристы, а представители пролетариата, которые учитывали все обстоятельства дела, в том числе сугубо моральные и классовые. Поэтому Мария, как бедная крестьянка, доведенная до отчаяния, получила всего 1 год лишения свободы и была тут же... амнистирована!

МИЛИЦИОНЕРЫ ПЕРЕСТРЕЛЯЛИ ПРОХОЖИХ

Милиция тоже была народно-пролетарской, в связи с чем порой возникали весьма «интересные» ситуации. Настоящим побоищем в стиле американских вестернов завершилась «спецоперация» сотрудников Сормовского отдела уголовного розыска в деревне Мышьяковка, находившейся в районе нынешнего переулка Союзного.

«Сотрудникам СОУР стало известно по «негласным связям», что бандиты во главе с Константином Ярцевым собираются ограбить богатую гражданку Елизавету Васильевну Зенкову, проживающую на ул. Китайской, – рассказывал «Нижегородский листок».

– Там милиционерами была устроена засада. Около 10 часов вечера грабители под предлогом купить хлеба, вооруженные кинжалами и револьверами, ворвались в квартиру и, скомандовав «руки вверх», начали душить Зенкову».

В этот момент из чулана и шкафов неожиданно вылезли оперативники. Однако бандиты ничуть не растерялись, тотчас ринувшись бежать. У милиционеров не хватило ума заранее перекрыть выходы из дома, поэтому им пришлось мчаться в погоню за злоумышленниками.

Выбежав на улицу, стражи порядка открыли беспорядочный огонь из наганов, и это при том, что на улице еще было полно прохожих. Бандиты также отстреливались, не жалея патронов. Пальба продолжалась 10 минут. В результате двоих преступников, в том числе самого Ярцева, удалось-таки подстрелить, третий убег. Но при этом различные ранения получили еще пять человек, в том числе извозчик, проезжавший в момент «боя» по улице. Также были разбиты окна в нескольких домах.

Виктор МАЛЬЦЕВ    «Ленинская смена»


Copyright © "Криминальная хроника"

Один отзыв на «Криминальные нравы 1920-х годов»

  1. ангмар пишет:

    Идиоты мля! Я про «оперативников»... А что касается «ревности», то опять же заметьте, убивали почему то не баб гулящих, а мужиков... как и щас


Трекбеки



Ваш отзыв

Вставить изображение